Белое солнце дознавателей. Книга 2

 — Когда?! Отвечать, кадет!

— Когда вводится военное положение…

— И когда Целителей не хватает! Не хватает, кадет!

«Зеленый», сидящий рядом переводил встревоженный взгляд с меня на стажера и обратно.

— Они успеют, — бубнил он под нос.

— О, Великий! — я схлопнула диаграмму и, дернув его за рукав развернула к раненым. — Выбирайте, кадет — один этот «черный», или трое «красных». Выбирайте! Трое из какого ряда должны умереть, чтобы спасти этого, потому что вы не правильно провели сортировку! Выбирайте лично! — я потащила его за собой.

 — Эти трое? Эти? Или те в третьем ряду? Кто, кадет?!

Через мгновение я выдохнула, и взяла себя в руки.

— Это — черная метка, кадет. Черная! Плетите!

Мальчишка сделал шаг назад, наткнувшись на Райдо.

— Плетите! Это — приказ!

— Вы… вы… вы не имеете права отдавать приказы… вы… младше по статусу и…

— Я подам рапорт о нарушении регламента при введении военного положения.

Для этого моего статуса хватит. Вас лишат значка, аннулируют результаты экзаменов, и выгонят из Академии. Черная метка, кадет! Плетите! — рявкнула я громко.

— Я… я… я не могу… я давал клятву помогать… клятву целителя… — губы мальчишки подрагивали, но он упрямо стоял на своем. — Это — красная!

Небо над нашей головой ещё раз вспыхнуло серебристыми вспышками, сеть защиты взвыла, но выдержала. Райдо смотрел на меня сосредоточенно, сдвинув брови, но не вмешивался.

— Метка — красная! — упорствовал юнец.

Плюнув на мальчишку, я вернулась к концу ряда, и одним щелчком пальцев снесла алую печать сверху.

— Черная, — повторила я, глядя прямо в глаза раненому. Он был в сознании — глаза помутнели от боли, но он прекрасно понимал, что происходит, на губах уже выступила красная пена. Этот — не доживет до утра. — Метка означает, что вам будет оказана помощь, как только…

— Вы хотите убить его!!! — встрепенулся «зеленый» легионер рядом, глядя на плетения, которые расцветали на кончиках пальцев.

 — Госпожа! Вы просто убьете его! Так нельзя! У него дети! Мы из одного Предела — восточные топи, вместе взяли контракт, чтобы кормить семью, Дэй хотел выучить детей, чтобы хватило денег, ему нельзя умирать… — тараторил тот встревожено, прижимая к себе голову на коленях.

— Черная, — повторила я отчетливо. — Сожалею.