Белая вуаль

Оказывается, здесь, в Австралии, отдаленные фермы связаны с крупными городами авиалиниями. Хотя, ты знаешь, название «ферма» не очень-то подходит к месту, куда мы прибыли на крошечном самолетике. Я не буду тебе рассказывать о гигантских конюшнях с верховыми лошадьми, о бассейнах с проточной водой, о великолепном парке. Раскрой любой зарубежный журнал: на самой красочной картинке ты увидишь то, что я разглядывала собственными глазами. Представь себе великолепный коттедж комнат, эдак, на сорок. Сейчас, исследовав его вдоль и поперек, я по-прежнему боюсь заблудиться.

Нам выделили роскошные апартаменты, специально приглашенная няня тут же занялась Никиткой. А мы с Олегом «от нечего делать» хотели было заняться любовью, когда без стука в нашу комнату вторглась леди весьма преклонного возраста и с порога заявила: «Долго же ты выполняла условия моего завещания. Я и в самом деле могла не дождаться и умереть».

Можешь представить себе мою реакцию? Да-да! Естественно, я замерла с вытаращенными глазами и разинутым ртом.

А моя ожившая бабушка, миссис Мария Велльхауз собственной персоной, весьма довольная произведенным впечатлением, расхохоталась, как юная девушка. Потом, за торжественным ужином в нашу честь, она долго и подробно излагала теорию о том, что русских необходимо долго «пинать» и раскачивать для того, чтобы они хоть что-нибудь делали. Правда, к чести старушки, она и в мыслях не отделяла себя от русской нации, а грешок инертности признала и за собой."

"Бабуля явно ждала бурных излияний с моей стороны, и я вполне оправдала ее надежды.

В самом деле, если бы не миссис Велльхауз, кто знает, как сложилась бы сейчас моя судьба. Невозможно даже представить, что в моей жизни не было бы Никитки, Олеженьки, сцены… В конце концов мы обе прослезились от счастья, бабушка в порыве сентиментальных чувств послала за старыми фотографиями, разыскала карточку, которую мои родители послали ей много лет назад, и, вообрази, что произнесла! Она ткнула пальцем в мое изображение и выдала: «Хорошо, что Бог забрал Надюшу, а не тебя. Бедная девочка! С таким пятном на лице она никогда ничего не добилась бы в жизни».

И в этот раз я значительно дольше не могла прийти в себя от удивления. А объяснилось все элементарно: фотография была подписана просто: «Надюша и Виолетта», и, прочитав мамино письмо, старушка решила, что помпезным именем наградили хорошенькую девочку с белокурыми локонами, а дурнушке, само собой, и имя дали попроще.