Бедовый. Рубежник

Та добралась до беса, втянула воздух носом и бережно, словно грузила в машину хрусталь, взяла на руки Григория. Я только представил, что ощущал бес и у меня по телу пробежали мурашки.

— Машенький какой, ты потерялша? Шо мной шить будешь.

Сработало! Удалось! Я едва сдержался, чтобы на радостях не хлопнуть Митьку по плечу. Черноух, к слову, будто впал в состояние анабиоза. Он не отрывал взгляд от нечисти, даже не думая шевельнуться."

"Лешачиха медленно повернулась и, увлеченная новой игрушкой, направилась к своему дому.

Чего мне только и нужно было. Все, пора!

Теперь между мной и нечистью оказалось не больше десяти метров. Вся уловка, на которой и строился наш гениальный план, заключалась в том, что бес отвлечет ее. А когда она приблизится, занятая новым «ребенком», в дело вступлю я. Собственно, именно над этим теперь и предстояло поработать.

Я, пригибаясь, стремительно преодолел разделяющее нас расстояние. Адреналин бушевал в крови, отчего руки заметно подрагивали. Больше всего я боялся запороть первый удар.

Самый важный. Поэтому сжал рукоять ножа так, что побелели костяшки пальцев. На мгновение замер, примериваясь. И уже после ударил нечисть, метясь куда-то под лопатку. Ориентируясь на место, где и должно находиться сердце. Почему-то забыв, что у мертвых духов оно уже давно не является жизненно важным органом.

В общем, я ожидал, что лешачиха страшно закричит, уронит беса, после упадет сама. Ну, и умрет, конечно. В смысле, она уже не совсем живая, а теперь окочурится окончательно. В общем и целом, мы рассчитывали именно на подобный сценарий.

Вот только оказалось, что сценаристы из нас хреновенькие.

Сначала даже почудилось, что все медленно шло к окончательной смерти лешачихи. Она издала какой-то странный звук, который оптимисты могли бы трактовать: «Что-то мне резко поплохело». А на мои пальцы брызнула сукровица. Тоже не очень привычная, большей частью темная, даже будто жирная, похожая на нефть. Все-таки, правы были археологи. Нефть произошла не от динозавров, а от огромного упокоения лешачих.

А еще мне в голову запоздало пришла другая мысль — надо было брать топор и рубить ей башню. Или лучше переехать на тракторе. Жалко, что такие гениальные идеи родились столь поздно.

В этот самый момент стало ясно, что наш план окончательно развалился. Потому что лешачиха развернулась. Так проворно и быстро, как не двигалась никогда прежде. Словно берегла свою энергию именно для этого момента. Я с трудом уклонился от острых когтей, отскочив в сторону.