Дышу тобой

Ничего себе! Она и в старые добрые времена столько не валялась в постели. Самое позднее, когда она позволяла себе проснуться, – это девять утра.

Мужчины наверняка уже встали. Интересно, о чем они говорили вчера и к какому решению пришли? Она даже не представляла себе дальнейшее поведение мужа. Или теперь уже – бывшего мужа?

Спускаться вниз Даша не спешила и, пока принимала душ, мысленно обзывала себя трусихой и ничтожеством. Она понимала: нужно проявить силу духа, ведь от ее поведения сейчас зависит ее судьба. И судьба малыша.

Наконец, она все же вышла на лестницу. Дом встретил ее подозрительной тишиной. Это смутило Дашу. Она прошла на кухню, но там тоже никого не оказалось. Сердце девушки тревожно сжалось, а дыхание участилось. Что за шутки? Они не могли оставить ее одну!

Даша в это не верила. Димка где-то рядом, она его чувствовала. Он не мог уехать, не потребовав объяснений и не оставив последнее слово за собой.

Мужа она обнаружила на веранде. Он сидел в кресле-качалке, вытянув ноги, и лениво попивал апельсиновый сок. Почувствовав чужое присутствие, он медленно повернул голову. Внимательно посмотрел. Окинул Дашу оценивающим взглядом.

Под его взглядом девушка задрожала.

– Доброе утро, – она первая нарушила затянувшееся молчание. Один ноль в его пользу.

– Ты считаешь, что утро доброе? – иронично заметил Дима.

– Утро как утро, – буркнула она и обхватила себя за плечи руками.

– Просто великолепное, – огрызнулся Димка и закинул ногу на ногу. – А как ты думаешь, какое у меня настроение?

Даша пожала плечами.

– Не знаю.

– Только не надо строить из себя невинную овечку! – Дима изменил тон. – Снова лить слезы, умолять меня оставить ребенка, уверять в чистой и светлой любви!

– Не волнуйся, не собираюсь.

– Вот как мы заговорили? – его глаза сузились, взгляд стал колючим.

Даша сжалась под его саркастичным взглядом. Почему все так происходит? Почему человек, который ночами шептал ей о любви, вдруг воспылал к ней такой ненавистью? Что она сделала не так? Где допустила ошибку? Почему их брак дал трещину?

– Ты и дальше собираешься меня унижать? – глухо спросила она.