Барышня из будущего

– Тем лучше! С сегодняшнего дня ты Серафима Михайловна Кожевина, девятнадцати лет отроду. Завтра приезжает твой будущий муж, на смотрины. От этого зависит все мое дело.

– А что случилось с вашей дочерью?! Я не могу быть ей?! – возмутилось я.

– Она сбежала! – сказал он с возмущением, – Но по великой любви с нашим конюхом. В письме написала, что они поедут Китай, и просят ее простить и понять, не хочет она без любви замуж выходить! – он скорчил гримасу и поднял руки к верху. – Вот скажи мне кака така любовь, она же к жизни не приспособлена, совсем! Продаст он ее в рабство и все тут! Но сама виновата назад не приму! – видно было, что он как отец сильно переживает, но помимо безрассудной дочери у него еще есть семья и обязательства за которые он отвечает.

Да, а теперь значит я должна выходить замуж за ту неразумную Серафиму, и что мне делать, вот скажите?!

– А если, я тоже замуж по любви хочу?! – сказала, я с вызовом совсем из головы выскочило, что в этом веке и выпороть и на кол посадить могли!

– Тоже дурочка, романов начиталась?! Не старый, приближенный императора, высокий, статный, богатый, что еще надо?! Живи в свое удовольствие, да рожай детишек.

– А что еще надо?! – эхом за ним повторила я.

– Вот и хорошо, пошли я комнату покажу, и переодеться надо, не понятно, что за тряпки, – сказал он осматривая меня с пренебрежением.

– А вас не смущает, что мне уже двадцать четыре года, а не девятнадцать как вашей дочери?!

– Значит, с сегодняшнего дня, снова девятнадцать, вы милая барышня на больше и не выглядите.

Что правда, то правда, и что теперь? Покорится, выйти замуж? Обрести семью, что меня там держит?! По факту ничего!

Размышляя я шла за мужчиной который вел меня в новую жизнь, мне почему-то, было легко на душе и спокойно, скандал точно устраивать не хотелось. Хотелось, прожить жизнь интересно, а какая разница в каком веке?!

– Михаил Семенович, вас же так зовут? – спросила я когда мы вошли в просторную, светлую комнату.

Он прищурив свои серые глаза посмотрел на меня, – Да, а откуда ты знаешь?

– Я историк, изучала вашу родословную, приехала посмотреть вашу усадьбу оказалась здесь.

– Лето 1802 года от рождества Христово.

– Спасибо. – протараторила я.

– Снимай свои тряпки их нужно сжечь, чтобы никто не видел! – сказал он бесцеремонно.

– А вас не смущает, что прислуга узнает, что я не Серафима и об этом узнает жених.