Барон из МЧС-3

— Может, моя подойдёт? — спросила Вера. — У меня тоже минус Дар.

— Давай, — прошептал Чах. — Теперь можно. Твою можно.

Процедура с откачкой энергии повторилась. Я наблюдал сквозь туман в глазах, как Вера пытается воскресить наумба. Тот уже стал немного лучше выглядеть, хотя до сих пор краше в гроб кладут. В какой-то момент Чах оторвался от Вериной руки и то ли приказал, то ли пояснил.

— Спать…

Остатки силы воли окончательно покинули меня, и я вырубился, перед этим заметив, что Вера уже без сознания.

Побуждение было тягостным.

Ноет всё тело и ощущаю себя беспомощным младенцем. С трудом разлепив веки, огляделся. Весь табор неподалёку в тревожном ожидании. Бледнющая Вера лежит рядом со мной с закрытыми глазами. Чах тоже. Он хоть и далёк от нормальной формы, но дыхание ровное.

Попытался подняться, но ноги не слушаются. Хорошо наумб энергии хапнул. Это что же пришлось ему пережить, раз так себя высушил?

— Сложно было, — неожиданно пришёл от него мысленный ответ. — Джин, сука сильный. Чуть не угробил меня.

Чтобы не пойти к нему на корм, в последний момент перед смертью дотянулся до твоего табора. Я же когда-то у твоих ромал энергетические потоки перестраивал, поэтому привязка осталась. Думал чуть-чуть взять энергии, а оказалось, что с собой утащил. Так все здесь и оказались.

Почувствовав, что организм, несмотря на отступление, всё равно повреждён сильно и скоро рассинхрон энергетических потоков начнётся, принял меры. Единственное, на что сил хватило — тебя позвать. Ну и ещё барьер защитный от тварей выстроить.

А дальше помню только боль… Ты вовремя пришёл. Скоро процессы в моём теле стали бы необратимыми. Я верил в тебя, Данила. Знал, что не бросишь. Спасибо…

— Что делать-то дальше, Чах? — задал я единственный пришедший в мою чумную голову вопрос.

— Ждать. Барьер держится. Время до завтра у нас ещё есть. И нам нужно вниз. В самый низ лаборатории. Там ощущается одна из осей Силы этой Реальности. Именно поэтому лабораторию не перенесли в другое место.

Стон Веры прервал нашу беседу.

Она тоже пришла в себя и, как я недавно, попыталась безуспешно подняться на ноги.

— Ты как? — спросил, взяв девушку за ледяную руку.

— В дерьмо. Пыточная камера внутри, а не органы.

— Если болит, значит, жива. Верочка, нужно поспать. Не напрягайся. Всё будет хорошо.

Она что-то попыталась ответить мне, но стала снова вырубаться. Я обнял Веру, прижал к себе и ушёл в беспамятство следом, напоследок приказав табору.

— Всех троих несите вниз.