Бальзам Авиценны

«Зачем маркиз сказал, что Лючия богатая наследница? – думал капитан, ворочаясь с боку на бок и тщетно пытаясь задремать. – Сказал специально, дабы сразу поставить все на свои места: мол, на чужой каравай рта не разевай?! Ты ее спас, мы тебе признательны и благодарны, но не настолько, чтобы породниться?»

Как причудливо все переплелось и смешалось: карты караванных троп и колодцев, древняя шкатулка с костяными табличками, рукописная книга, погони, засады, встречи с необыкновенными людьми и путешествия чуть ли не через половину земного шара.

В десять утра Кутергина разбудил дворецкий и пригласил к завтраку. По военной привычке капитан быстро привел себя в порядок и спустился в столовую, надеясь увидеть там Лючию, – может быть, удастся поговорить с ней прямо сейчас, и если девушка ответит решительным отказом, не оставив ему никаких надежд, придется подумать, как отступить, не теряя достоинства.

К разочарованию Федора Андреевича, за столом сидел один маркиз. Он приветливо улыбнулся гостю и подал ему сложенный лист бумаги. Русский развернул и увидел какой-то чертеж.

– План дома в Модене, – объяснил Лоренцо. – Несколько моих надежных слуг уже на месте, а мы выезжаем после завтрака.

– Хорошо.

– Два десятка ребят старого Пепе имеют достаточный опыт: они в считанные минуты ворвутся в дом и освободят Мансур-Халима.

– Чтобы пустить ему пулю в лоб или всадить нож в сердце, нужно еше меньше времени, – покачал головой капитан.

– Естественно, – согласился маркиз. – Но почему вы так уверены, что шейха обязательно постараются уничтожить при попытке освобождения?"

"– К сожалению, я успел немного узнать Мирта, или, как его теперь называют, Роберта, – грустно улыбнулся Кутергин.

– Вы правы, – подумав, согласился Лоренцо. Он прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла, давая гостю возможность спокойно позавтракать.