Бальзам Авиценны

Пока удалось не завшиветь, вдруг и дальше пронесет?

Молодой человек скинул грязный белый балахон, и Федор Андреевич отметил, что шейх сложен, как греческая статуэтка: тело мускулистое, сухое, поджарое, но все портила жуткая красная сыпь, густо выступившая на груди, спине, ногах и руках. Неужели он болен неведомой странной болезнью?

– Что это? – не удержался от вопроса Кутергин.

– Это? – переспросил молодой шейх, показав на сыпь. – Клопы! Да ты погляди на себя!

Русский тоже разделся и с ужасом увидел, как поработали над ним ночные кровососы.

Быстро вымывшись, они переоделись во все чистое заботливо приготовленное хозяином. Одно пришлось впору, другое – мало, однако выбирать не приходилось – их собственная одежда никуда не годилась.

– Нам дадут лошадей, – объяснил Али-Реза.

Поели вместе с хозяином – неразговорчивым мужчиной в темной одежде и засаленной чалме. Пища не отличалась изысками – немного овечьего сыра, лепешки, кусок холодной баранины, но Федору Андреевичу она показалась пиром богов. Потом хозяин привел проводника – босоногого черноголового мальчишку с длинной палкой в руках.

Кутергин думал, что паренек тоже поедет верхом, но тот побежал перед лошадьми, сверкая грязными пятками. Сразу же за селением мальчишка свернул на неприметную тропу, уводившую в горы. Вскоре кони уже с трудом поспевали за легко прыгавшим с камня на камень юным проводником.

Беглецов встретил сам хозяин купец Сафир – его имя Федор Андреевич узнал от Али-Резы.