Бальзам Авиценны

Отец Франциск не прерывал Руфа и лишь согласно кивал: он уже понял, что богатый потомок викингов не нуждался в собеседнике – он нуждался в слушателе…

До Турина доехали без происшествий. Останавливаясь для отдыха, Эммерсон занимал лучшие номера в деревенских гостиницах, и трактирщики сбивались с ног, стараясь угодить щедрому клиенту: Руф требовал подавать самые изысканные блюда – нежную форель, петуха в белом вине или дичь с трюфелями. Спиртного он почти не употреблял: так, лениво обмакнет бисквит в бокал с темным вином, и все.

"Отец Франциск быстро научился не слушать разглагольствований американца, хмелевшего без вина от собственных речей: Руф увлеченно рассуждал о чем угодно, начиная с древней истории и кончая проблемами разведения свиней.

В Турине экспансивный Руф неожиданно предложил отцу Франциску бросить все дела и отправиться с ним дальше, в Рим.

– Мы почти сроднились, – попыхивал сигарой американец. – Плюньте на мелкие заботы! Поехали в гости к вашему Папе. Заодно подскажете, кому заплатить, чтобы он побыстрее меня принял.

– Я крайне признателен вам, синьор, но мне нужно ехать в другую сторону, – отказался Франциск.

Поблагодарив Эммерсона, он расстался с ним и кинулся узнать, где здесь почтовая станция и когда отбывает ближайший дилижанс на Парму. Шагая по улицам, священник никак не мог отделаться от ощущения, что кто-то пристально смотрит ему в спину. Обсрнушнись, падре похолодел от ужаса: буквально в трех десятках шагов от него стоял незнакомец, приходивший за адресом Лючии! Небрежно помахивая тростью он показывал ею на священника и что-то говорил двоим мужчинам.

Отец Франциск подобрал полы сутаны и кинулся по улице, надеясь отыскать хоть какое-нибудь убежище или встретить стража порядка. Как убийце удалось выследить его? Липкая испарина страха выступила на лбу – слишком свежа еще память о дубинке, грозившей сломать шею.