Автономка

Василий Иванович молча наблюдал за этой сценой. Так же молча смотрели и подоспевшие менты из машины ДПС, и подъехавшие позже дорожных патрульных бойцы группы захвата.

– Пристрелю… – пригрозил Джамбулат. – Пристрелю… Дорогу освободите.

– Что ты хочешь? – задал глупый вопрос один из патрульных.

– Я с ней уеду. Ключи от той вон «БМВ», – кивнул он в сторону машины Арцыбашева. – И быстро. Застрелю.

Сам себе Джамбулат казался, наверное, грозным и серьезным человеком."

"– Дурак, – сказал Василий Иванович спокойно, но уже наведя красную точку лазерного целеуказателя прямо в лоб бандиту.

 – Видно, что идиотских американских фильмов насмотрелся. А это дерьмо нормальному человеку смотреть не рекомендуется.

– Сам дурак. Застрелю ее!

– Пуля летит быстрее, чем сгибается палец, это любой грамотный человек, который глупые фильмы не смотрит, знает. Лучше отпусти.

Старший лейтенант Арцыбашев смотрел Джамбулату в глаза и видел, как расширяются у того зрачки. Периферийное зрение отмечало, как истерично дрожит рука, сжимающая рукоятку пистолета.

В таком состоянии бандит мог и в самом деле выстрелить. И тогда Василий выстрелил сам.

Красная точка на лбу Джамбулата закрылась черной дырой.

– Главного держите, – показал старший лейтенант ментам, заметив, как отставной полковник КГБ пытается неуклюже перебежать дорогу. Саблю Иван Александрович захватил с собой.

За Самойловым побежали сразу трое. Бегали менты хорошо – наверное, просто потому, что были моложе полковника. И догнали его уже на газоне, когда тот завяз в сугробе.

2Дальше требовалось только сохранить темп операции. Под ней Василий подразумевал те действия и цели, которые предусматривались и преследовались Главным разведывательным управлением армии, но отнюдь не цели МВД или ФСБ, которые заканчивались на значительно более раннем этапе. Но темп сбивался неторопливым следствием, которое понятия не имело о конечных целях ГРУ.

Самойлов не зря много лет служил в КГБ. Он понимал свое положение отлично и при этом хорошо знал, как относится суд к человеку, помогающему следствию.

И потому согласился на сотрудничество сразу, с первого же предложения. Он своей рукой написал полностью признательные показания по поводу убийства генерала Арцыбашева, назвал соучастников и заказчика, пока недосягаемого для закона, – но только под давлением оперативников ФСБ, предъявивших ему фрагмент записи беседы Росулова с Наримановым; согласился показать диск с досье на Нариманова, хранящийся в Москве у доверенного лица.