Аспид

Пусть бы попробовали похитить кого-то из твоих братьев! Для этого кишка у них тонка, другое дело – девчонка! И на тех, кто развязал и питает кровью эту войну, но не спросил у тебя, хочешь ли ты в ней участвовать. Злиться здесь имеешь право только ты! Оставшаяся один на один со своими проблемами и ребенком.

Анджи положила руки на край ванны, потрогала мой лоб и закончила:

– На хрен всех, у кого повернется язык хоть в чем-то обвинить тебя. А остальное как-нибудь разрешится. Вот что я думаю.

Мне нужно было услышать это.

Мне нужно было, чтобы кто-то просто сказал это вслух.

– Ты оставишь ребенка? – спросила она.

– Да. Не могу иначе. Не по религиозным соображениям: я перестала верить в Бога после всего, что случилось. И не потому, что Дэмиен имеет для меня какое-то значение. Миллион ужасных причин могут вынудить женщин прервать беременность, и никто не в праве этих женщин судить. Но моя причина – особенная: я никак не могу избавиться от мысли, что стану похожей на своего отца, если сделаю с моим ребенком то, что едва не сделал со мной мой он.

А я ни в чем не хочу быть похожей на него! Я знаю, что сошла с ума…

– Ты не сошла с ума, – сказала Анджи. – Ты говоришь простые и понятные вещи.

– Как отреагирует Гэбриэл?

Анджи подумала с минуту, растирая ладонями виски, и наконец сказала:

– Скорей всего, не подаст виду, ни один мускул на лице не дрогнет. У него самоконтроль, как у гранитной статуи. Я ни разу не видела, чтобы он орал или психовал. Но боюсь, что внутри его разорвет, потому что ты действительно ему нравишься.

Думаю, что он захочет уйти на какое-то время и побыть в одиночестве, как волк, которому нужно зализать раны. Он редко пьет спиртное, за бутылку не схватится. Ему если нужно забыться и голову отключить, он гоняет по трассам после полуночи. Еще может пойти и выбить все дерьмо из кого-нибудь в том клубе, где он тренируется. У него разряд по смешанным единоборствам с шестнадцати лет. Хорошо, что есть этот клуб, иначе, мне кажется, он бы просто нарывался на драки с гопотой на улицах… Даже не знаю, что будет лучше: дать ему побыть в одиночестве или никуда не отпускать. Он не маленький, сможет постоять за себя и держать свое дерьмо в узде, но, ты знаешь, когда дело доходит до ревности, любой может с катушек слететь.

Анджи шумно высморкалась в бумажное полотенце и предложила мне еще чаю. Хотя, учитывая тяжесть обстоятельств, мне бы сейчас куда лучше помог стакан виски.

– Он будет прав, если оттолкнет меня, – сказала я, утирая слезы.