Аспирант

— И вообще, политики, особенно в Сенате, это проститутки. Это синоним. Какие две самые древние профессии? Политика и проституция. Они взаимосвязаны. Вот ты, по своим словам и делам, явно политик.

— Ты хочешь сказать, что я шлюха? — недобро глядя на меня, прорычала та.

— Если ты политик, то да, — честно отвели я, не отводя взгляда с неё. — К счастью, ты простая служанка."

"Тут я разулыбался, не смог удержатся, и та с подозрением посмотрела на меня, кипя как чайник, правда, смолчала и ничего не сказал на мои слова.

— Сенат нам поможет, — повторила подложная королева, и пообщавшись с джедаями и капитаном своей охраны, после чего те решили двинуть дальше. Я не участвовал в этом совещании, но падаван продолжал меня удерживать, так что волей-неволей поприсутствовал.

Теперь хоть стало понятно куда они идут. Неподалёку есть ферма родителей одного из гвардейцев и там в сарае стоит небольшое лёгкие грузопассажирское судно. Совсем небольшое, двадцать метров длины, но два десятка пассажиров оно возьмёт легко.

— Ну а ты что скажешь? — повернулся ко мне Квай-Гон. — Твоё сосредоточенное сопение, когда слушал нас, и презрительное хмыканье не могло не заинтересовать.

— Ничего у вас не выйдет. Нужно прорываться в ангар во дворце, освобождать пилотов и истребители. Вы в яхту, пилоты прикроют прорыв. Тогда шанс есть. Почему сразу так не сделали?

— Толково предлагаешь, — вздохнул джедай, но всё же пояснил.

— Это «дройдеки». Кстати, у меня они тоже на планете есть и ваши джедаи их изучали не без интереса, один даже сказал, что эти дроиды специально сконструированы против джедаев и я думаю он прав. Мне тоже так думается.

— А про освобождение ангара и захват яхты ты когда продумать успел? — поинтересовались Падме, смотри-ка дуется ещё, а любопытничает.

— Не ты, а ваше величество, холопка. А так давно. Я уже три дня иду, успел всё продумать. Нахожу Ганрея, выбиваю из него компенсацию за мой «Скат», сворачиваю ему шею, угоню яхту, и улетаю с планеты. План был такой.

— Убийство — это недостойно настоящего джедая, — с некоторым пафосом сказал Кеноби.

— Так я и не джедай. Да и сам вспомни сколько крови на твоих руках, защитник прав демократии.

— Это всё были недостойные разумные.