Арвары. Книга 2. Магический кристалл

Ты не сможешь родить даже великана — смертного исполина, ибо они рождаются только от великой любви, а не от соития.

Гнев Авездры вмиг унялся, обратившись в горький дым.

— Кто же родится? — вслед крикнула она.

— Обрище — древнее греховное творение. И от него ваш народ выйдет не к свету, познав бога, а ввергнется во мрак небытия."

"Космомысл удалился в алтарь всего лишь на минуту, чтобы взять ларец с магическим кристаллом, и когда попытался выйти из храма, внезапно обнаружил, что тяжелая железная дверь заперта снаружи.

В узкую щель он увидел стражниц в личинах из черного стекла и золоченой броне. Одни замуровывали вход каменными глыбами, другие стояли полукругом, и в руке каждой была трехсаженная плеть, ременные хвосты которых извивались по камням, будто змеи, готовые к броску.

Авездра была среди них, поскольку он услышал ее голос.

— Открой истины Астры! И я открою храм. Если же до вечерней зари не услышу ни одного твоего пророчества, останешься здесь навечно!

Космомысл бросил бесполезный ларец, и битый хрусталь разлетелся по полу: бойницы были устроены так, что от восхода и до заката в любое время года ни один солнечный луч не попадал в храм.

Однако освобожденный от птичьих жил магический кристалл откатился в дальний угол и вдруг засветился сам, выбросив к мрачным сводам тонкий, дрожащий луч…

В Предании арваров было несколько легенд о том, как был добыт живой огонь. От сказа про жар-птицу, перо которой доставалось несмышленому младшему брату, до повести о праведных исполинах, ведавших Пра — так на древнем арварском языке назывался небесный, или божественный, огонь, в отличие от земного, называемого Жар.

Изначально животворящий огонь горел на вершине Светлой Горы и был виден всем, и никто не слеп от его сияния, никто не боялся искр, называемых Зга, в обилии сыплющихся на землю.