Аполлон на миллион

– Вот сейчас кликну охрану, вам за хулиганство срок дадут, – пригрозила она. – Закрыто. До завтра.

– Конец рабочего дня через двадцать пять минут, – возразила я."

"– Уже восемь десять! – заорала администратор.

Я показала на большие часы, висевшие у лифта.

– Девятнадцать тридцать пять.

– Они стоят!

– Стрелка прыгает.

Тетка стала набирать в грудь воздух.

Я выхватила из сумочки фальшивое удостоверение и сунула его гарпии под нос.

– Оперативная необходимость. В случае отказа дать информацию вас привлекут к ответственности как лицо, мешающее поимке опасного преступника.

– Охамели совсем, – забормотала тетка, – думают, полиции все можно. В токсикологии она. Лечащий врач Максимов Антон Львович, теперь ему в морду своими корочками тычьте.

Мы с Эвелиной ринулись к лифту.

* * *В коридоре у двери с ярко светящейся надисью «Вход воспрещен» маялся мужчина в сером костюме. Моя рука уже легла на звонок, но незнакомец остановил меня.

– Там один врач, обещал скоро выйти. Только я первым сюда пришел, вам подождать придется.

Эвелина открыла было рот, и тут из отделения выскочил высокий парень в зеленой хирургической пижаме. Мужик кинулся к нему.

– Доктор? Ну как?

– Желудок промыли, состояние стабильное, – бормотнул эскулап.

Я вытащила свое фейковое удостоверение.

– Вы Антон Львович Максимов?

– И что? – вопросом ответил токсиколог.

– Сюда недавно привезли Маргариту Ермакову. Что с ней? – напала я на доктора.

– Ну и ну, – удивился он, – впервые вижу, чтобы полиция на хвосте «Скорой» прикатывала. Кто такая эта Ермакова, что вы столь бешеную скорость развили?

Я мгновенно нашла правильный ответ:

– Это тайна следствия.

Максимов усмехнулся.

– А у меня врачебная тайна. Тащите ордер, тогда и погутарим. О’кей?

Я спрятала бордовую книжечку.

– Антон Львович, не сердитесь, мы близкие подруги. Что с Ритой? Она обещала с нами встретиться, не пришла, мы узнали случайно про сердечный приступ.

Доктор сделал шаг в сторону.

– Уважаемые подружки-полицейские, на основании статьи тринадцатой Федерального закона об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации я не вправе сообщать сведения, составляющие врачебную тайну, посторонним. О’кей?

– О’кей, – сердито подхватила Эвелина. – Но вот этому мужчине вы спокойно разболтали о промывании желудка.

У врача дернулось веко.

– Он муж Ермаковой, привез ее по «Скорой».

– Муж? – хором воскликнули мы с Линой.