Анжелика

Глава 51

Кайден Орлеанский, граф

Уезжал из баронства Свирских, терзаемый мрачными предчувствиями. Я не идиот и по блеску в глазах своей бывшей любовницы и компаньонки, понимал, что моим предупреждениям она не внемлет.

И если меня вполне устроила та ситуация, что Савойский страдает, лишившись своей жены и малышки, то Катрин, казавшаяся когда-то этаким невинным цветочком, не успокоится…

С**кой мстительной оказалась еще той, похлеще меня…

Моя ненависть к Савойскому имеет старые корни… Еще с Академии …

Я тогда влюбился… как мне казалось, что один раз и навсегда… Милая девушка, застенчивая и скромная, из обедневшего рода…

Она с благодарностью принимала мои знаки внимания, мило краснела от прикосновений, и я считал, что лучшей жены для себя я просто не найду… Да и она должна была понимать, что я очень завидная для неё партия и быть мне за это благодарной…

Даже решил не трогать до свадьбы, ну так … потискать немного… Глупец!

Уехав домой на зимние каникулы, рассорился с отцом, который не хотел принимать мой выбор.

"Мне же тогда казалось, что для любви нет ничего невозможного… Что если оба любят друг друга, то никакие трудности для них не помеха. Голова у меня не плохо уже тогда соображала, и я был уверен, что и без денег отца я смогу устроиться и прокормить себя и жену, даже разработал несколько схем, которые должны были принести прибыль.

Срок моего обучения уже подходил к концу, а моей избраннице еще предстояло три года учиться. Но и этот вопрос был решаем… После брака она вполне могла бросить учебу, ну, или мы могли устроиться жить рядом с Академией и она, как замужняя дама, получила бы разрешение от администрации просто каждый день приходить на занятия, не оставаясь в общежитии.

Я слышал, что так можно было. В общем, строил планы, даже кольцом обзавелся.

А когда вновь с ней увиделся, поразился перемене, произошедшей с ней…

Больше не было никаких влюбленных глаз, не было застенчивости.

Услышав это сжал руку в кармане так, что от кольца остался сплющенный овал… Оно до сих пор у меня, как напоминание о том, кто влез своими грязными лапами в мою душу.