Анжелика

— Рассказывай…

Следующие полтора часа Катрин делилась своими мыслями, при этом вскочив и эмоционально вышагивая взад-вперед по комнате, а когда закончила, её глаза горели огнем, лицо раскраснелось, грудь тяжело вздымалась…

Глядя на любовницу, мужчина мысленно подумал, что иметь такую стерву врагом опасно и Савойскому в этом плане не повезло.

Но в тоже время залюбовался её видом… Мужское естество вновь пришло в боевое состояние, и он плавно подошел к девушке, рывком повернул её спиной к себе, прижав к груди, вновь намотал её волосы на кулак, задрал тонкий халатик и заставил прогнуться в пояснице.

— А ты стерва, дорогая… А плохие девочки заслуживают порки, а не сладкого…

Катрин застонала и еще больше выгнулась, а мужчина резко вошел в неё и принялся яростно вколачиваться, не заботясь об её удовольствии…

А Катрин оставалось только подчиниться… И, неожиданно, но это чувство подчиненности, дикого нрава её любовника, его необузданного темперамента, ей понравилось…

А еще… еще она понимала, что он согласился с её планом и сделает все, как она хочет…

А это значит, что придет время и она будет отомщена, и этот Савойский еще ни раз пожалеет, что так с ней поступил…

А синяки, которые останутся на её теле после сегодняшней встречи? .

Глава 31

Даниэль Савойский, герцог

Месяц, целый долбанный месяц, 30 дней или 720 часов, как Анжелика пропала…

Месяц безрезультатных поисков и проклятий в адрес самого себя за то, что в свое время связался с интриганкой, а потом еще и решил встретиться с ней в той злополучной ресторации.

В первый день мне казалось, что вот, сейчас я найду её, смогу все объяснить, мы помиримся и больше никогда не будем иметь друг от друга тайн, буду честно говорить ей обо всем, что планирую сделать, смогу уверить, что кроме неё мне никто не нужен.

Ведь куда могла уйти девушка, с крохами денег в кармане и с такими, как у неё, родственничками, да еще и ночью?

Да, мне удалось выяснить, что Анжелика ушла из поместья именно в четыре часа ночи, мне удалось найти извозчика, которого вызывали к нашему поместью и который высадил двух женщин на одной из улиц в столице.

Только в гостиницу, чтобы там переночевать и все обдумать.