Антикиллер-5. За своего…

Слушай и смотри. Молча.

Горилла послушно затих. Но ненадолго.

– Да мне тоже по фигу, Вал, – прошептал он спустя минуту. – Только времена какие-то непонятные настали, согласись. Вот все говорят: лихие «девяностые», бандитизм, вся херня. Но тогда бандита издалека было видать: стрижка, плечи в метр, спортивный костюм, морда соответствующая. А сейчас, смотри. Будет навстречу семейка какая-нибудь идти, ребенок в коляске… И что? Папаша битой по репке засадит, мамаша ножом пырнет, ребенок из памперса ствол достанет… Погано это все, неправильно.

– Если бы Борода с Королем в бутылку не лезли, были бы живы, – сказал Коленвал.

– Думаешь, они…

– Тихо.

Там, у костра, опять какой-то спор. У женщины в руках появилось ружье, она направила его на мужчину.

«Давай, давай. Перестреляйте друг друга, и все дела!» – подумал Коленвал.

Нет, затихли. Женщина отдала ружье, стала возиться с костром – тушить хочет, что ли… Опять крик – она села на место. Девчонка поднялась, открыла багажник, принесла что-то мужчине.

– Твою мать! У них в машине боезапас! – сдавленно зашептал Горилла. – Может, там и автомат, и гранаты. Вот семейка!

Сзади раздался посторонний звук, Коленвал резко вскочил.

– Тихо, свои, – сказал Лис.

Они прошли по самой кромке берега, вдоль воды: Ацетон и Лис, за ними – две квадратные фигуры в касках и с автоматами.

* * *Ящик как-то странно затих и больше не ворчал. Уснул, что ли. Мамочка подошла к нему, взяла из ослабевших рук бутылку, толкнула ногой.

– Перебирайся в машину, а то заработаешь воспаление легких.

Он, кряхтя, встал на четвереньки. Зашипел от боли. Приподнялся, опираясь на ружье.

– Помоги мне.

Она подхватила его под руку, помогла забраться в машину.

– Ты тоже садись, – сказала она дочери.

– Надо машину прогреть. Мы так окочуримся к утру, – зевая, сказала Цифра.

– Прогрею, – сказала Мамочка.

Цифра открыла дверцу, просунула внутрь голову, поморщилась."

"– Слушай, он тут…

– Да ложись ты, сказала! – прикрикнула Мамочка.

Цифра хмыкнула, выдернула из салона одеяло, завернулась в него и демонстративно уселась у догорающего костра. Мамочка посмотрела на дочь, будто раздумывая, утопить ее, пристрелить или просто ткнуть лицом в угли. Потом подошла, протянула бутылку.

– Отпей немного. Пару глотков. Чтобы не простыть.

– Уже не хочу, сама пей, – буркнула Цифра, уставившись на огонь. Мамочка допила водку и бросила бутылку в костер.