Антикиллер-5. За своего…

Недалеко от Степной Гусаров, получается, заправлялся, и вскоре съехал с трассы… И был убит.

Значит, концы и причины надо искать где-то там. Может, в самом деле повздорил с кем-то из водил?

«И ведь никто до этого не додумался, – подумал Гнедин. – Никто, кроме меня!»

Он взял карту, карандашом пометил несколько АЗС на подъездах к Степной. Получилось пять штук – плюс еще несколько мелких частных станций, которые на карту не попали. Скажем, всего семь. Вполне подъемная цифра.

Ты – молоток, сказал он себе.

Правда, мозг болел и нуждался в лечении. Что ж, и у Шерлока Холмса случались приступы кокаиновой абстиненции. А у него, к счастью, обычное похмелье. И лекарство имелось под рукой.

– Вы видели этого человека двадцать пятого июня? Во второй половине дня?

Заправщик смотрит на фото, морщит лоб.

– Какого, говорите, числа?

Гнедин повторяет.

– Давно было, не помню. А что?

– С ним была женщина и мальчик лет семи. Одеты по-летнему – шорты, слаксы, футболки. У мужчины на футболке изображение спортсмена в прыжке и надпись по-английски «НБА – Майкл Джордан».

Мужик смотрит на фото, смотрит на Гнедина.

– Знаете, сколько человек в сутки проходит через нашу кассу?

– Не знаю, – признается Гнедин.

– Я тоже не знаю. Но очень много. Несколько сотен. Если бы этот мужик заправлялся у нас час назад, я бы, может, вспомнил. Или вчера. А тут неделя прошла. Сами поймите.

– У него могла быть ссора с каким-нибудь из ваших клиентов. Драка. Крики. Не знаю что.

Вздыхает, опять тупо смотрит на фото. Напарник за кассой поглядывает на них с раздражением: время, время, нам еще работать надо.

– Он убил кого-нибудь?

– Нет, – отвечает Гнедин. – Его убили.

Искреннее удивление.

– Такого лося?..

На каждой заправке повторяется практически одно и то же. Работники в форменных комбинезонах разговаривают неохотно, им что – заправил, обслужил, рассчитал, и до свиданья. Им нет никакого дела до угрюмого мужика на фото.

Первая станция, вторая…"

"Пыль, жара. Кондишн не спасает – холодит слабо, надо, видно, фреон менять. А в Гусаровском «жигуле» кондера вообще не было. А что у него вообще было? Хреновая квартира, хреновая машина, всю жизнь он оттрубил на хреновой работе, можно считать, что и жизнь он прожил хреновую. Семья у него, правда, была, только и ей пришлось хреново… Нет, Гусар ему не свой. А Плюха? И Плюха не свой.