Антиблокада (СИ)

Густав старше Хокона по возрасту, и, видимо, они давно и хорошо знакомы. Перед выездом в Грипсхольм пришлось переодеться в парадную форму. Оба короля любят надевать военную форму. Густав - ладно, он - старик решительный, и Главнокомандующий из него хороший получился. А Хокона я ещё совсем не знаю. Упремся - разберёмся. Откидывается подъёмный мост, мы проезжаем мимо постов охраны во внутренний двор замка. Начальник караула отдает рапорт королю и мне. Хокон удивлённо смотрит на сие действо.

- Они подчиняются генералу Иволгину, Карл! Это - эго люди.

- Ты под арестом, Густав?

- Ты с ума сошёл! Я попросил генерала временно сменить мне охрану. Нас охраняют люди, которые нас спасли, когда немцы выбросили десант в Дроттнингхольм. Я попросил именно этих людей. Генерал! Расстегнитесь!

Я распахнул летную куртку.

- Видишь! - Густав показал на ""Иволгу"" у меня на груди, а потом перевёл палец на такой же значок на груди у лейтенанта Котина, стоящего рядом с нами после доклада.

Эти короли - как дети! Один другому хвалится, что его охрана в сто, нет, в тысячу раз лучше, чем у другого! Где-то я это уже видел! Ах, да! Людовик, в исполнении кота Матроскина!

Хокона больше всего интересовало, как Густав докатился до такой жизни, что стал дружить с большевиками.

"- А не было другого выхода! Гитлеру следовало уступить Финляндии, вывести войска из Лапландии, как было записано в их договоре. Блиц-криг сорвался, а на продолжительную войну не была настроена экономика. Русские стали давить и сильно. Маннергейм, а он, всё-таки, про-русски настроен, что не говори, сумел отстоять свою независимость, вывернулся из пренеприятнейшей ситуации, заручился поддержкой русских, и выбил 36 корпус немцев из Лапландии. И у меня на северной границе повисла танковая армия русских.