Антиквар

 – Заходите, не забывайте, всегда буду рада видеть…

Спускаясь по лестнице, Смолин упрекал себя за то, что упустил самую простую возможность прояснить темные места: следовало уже давно, не мудрствуя, установить старушке микрофон в этой самой гостиной. Хотя бы на высоченный шкаф, откуда черт-те сколько лет, он прекрасно знал, не сметалась пыль. Вовсе не обязательно добывать по диким ценам нечто суперкрохотное, импортное: шантарские умельцы давным-давно клепают не менее надежные, весьма даже дешевые приспособления.

Вынимая на ходу сигарету, досадливо крутя головой, он подошел к довольно-таки простецкой «тойоте». Все окна были опущены, табачный дым валил наружу, верная команда терпеливо ждала.

– Кащеева Дашка подъехала, – сказал Шварц.

– Я знаю, – сказал Смолин. – Стоп… На чем подъехала?

– А вон, – Шварц кивнул в сторону притулившейся неподалеку вишневой «восьмерки», не новой, но достаточно ухоженной. – Ботан за рулем.

– Понятно, – кивнул Смолин. – Поскучайте-ка еще чуток, я пост проверю…

Он широкими шагами направился к двухэтажному деревянному домику, потемневшему от времени (помнившему и Фиделя, и Никитку, определенно), взбежал на второй этаж по скрипучей узкой лестнице, постучал в обитую потрепанным дерматином дверь.

Секунд через десять изнутри настороженно поинтересовались:

– Ктой-то?

– Яй-то, – сказал Смолин. – Отворяй, Кузьмич, живенько…

Скрежетнул ключ, потом заскрипел засов, потом звякнула цепочка, дверь распахнулась с противным визгом, и на пороге возник старикашка в толстенных шерстяных носках и давным-давно отмененном в армии обмундировании: галифе и гимнастерка п/ш, то бишь «полушерстяные», все мелкие, начищенные пуговки аккуратно застегнуты до самой верхней (хотя ворот и должен ощутимо резать шею), форма без погон тщательно отглажена, талия перетянута ремнем совершенно по-уставному, так что лишь два пальца и пройдет, никак не более.