Ангелы на льду не выживают. Том 2

– Ага, – кивнула она со смехом и пропела строчку из песни Галича: – «А из зала мне кричат: «Давай подробности!»

– Есть будешь?

Она бросила взгляд на закрытую раздвижную дверь, отделявшую кухню от остального пространства первого этажа, и отрицательно помотала головой.

– Не хочу. Спина разламывается. Хочу только лечь на диван и вытянуться.

– Так кто ж мешает?

Он заботливо обнял ее за плечи и довел до длинного удобного дивана.

– Ой, я кроссовки не сняла! – спохватилась Настя.

– Я сниму.

Алексей расшнуровал кроссовки, стащил их с ног и отнес в прихожую, после чего присел рядом с Настей на диван.

– Рассказывай.

– Ну чего там особенного… Ничего. Все по плану. Следователь назначил баллистические экспертизы по всем вещдокам, которые оказались доступны, и знаешь, что выплыло? Все убийства совершены из разных стволов. Ни одного повторения. То есть я правильно прочухала: Орехов каждый раз после убийства сбрасывал ствол: или в лесу закапывал, или в водоем бросал. И один пистолет, из той пары, которую он приобрел легально, он заныкал, чтобы потом с умным видом заявить: «Власов вошел ко мне в комнату и похитил оружие, когда я не видел».

– Так оно же переделанное, – удивился Чистяков. – Это незаконно. Как он собирался это объяснять?"

"– А никак, – улыбнулась Настя. – Ромчик правильно понял: этот мальчик Орехов не видит дальнюю цель. Ему кажется, что если папу убрать с пути и законно получить все его деньги, то все. Остальное значения не имеет, жизнь сразу станет прекрасна и удивительна.

– Я смотрю, твоему Ромке много чего интересного в голову приходит, – заметил Чистяков. – Достойная смена растет.

– Штучный товар. Таких, как он, единицы. К сожалению.

– Ася! – Алексей повел носом, наклонился к жене, обнюхал одежду, поднес к лицу ее руки, сначала левую, потом правую. – От тебя пахнет порохом… Или мне кажется?

Чистяков заметно побледнел. Придется признаваться.

– Леш, ничего опасного, вот честное слово, – принялась она убеждать его. – Я не в человека стреляла, я стреляла в кнопку электронного замка.

– У тебя же нет оружия!

– А я из Ромкиного стреляла.