Ангел для Зверя

Я дрожу всем телом, напрягаю мышцы ног, скручиваю пальчики, умираю и оживаю. Так сладко. Так грубо и нежно.

Снова и снова. Под сладчайшей пыткой, что мог мне устроить только Руслан.

Только этот мужчина способен пробудить во мне самый древний из инстинктов.

Темный. Порочный. Такой естественный.

Только он может разбудить это во мне, то, что я даже представить не могла.

Мечусь головой из стороны в сторону, проникаясь каждым чувственно-сладостным касанием губ.

Они целуют меня прямо туда, вознося то высоко в небо, то жестко бросая меня оземь.

Все время вспоминаю, что лежу как распутница с разведенными ногами. Подставляю себя ласкам своего мужчины. Зверя.

Но каждый раз, когда струна тела натягивается до предела, мне не хватает одного маленького шага до края.

Почему? Что же могло пойти не так?

Мне не хватает чего-то, чтобы кончить.

Отрываю от себя его губы, чувствуя между ног уже дискомфорт. Я готова разреветься.

Прости…

Руслан все понимает, выругивается, облизываясь.

После чего вынимает изо рта шарик. Тут же заменяет его грубым языком.

Упиваюсь им в купе с животностью мужского тела, что горой нависает над моим.

— Ты роняешь мое мужское достоинство ниже плинтуса, — ласкает он шею, и я обнимаю его тугие мышцы плеч. — Совсем хреново?

Мне стыдно за то, что он чувствует себя так плохо. Дело же во мне, а не в нем.

Он был великолепен.

— Ну ты что! — хватаю его лицо руками, тяну на себя, обнимая ногами и чувствую, как близок член, распирающий его брюки, к моей промежности.

Я должна это исправить, чтобы он не думал, что я не хочу его. Поэтому смело тяну руку вниз, цепляю ремень, но Руслан сжимает мое запястье. Кажется, догадавшись о моем нехитром плане.

— Это ты зря. Пусть лучше зверь будет в клетке.

Как мне нравится его сдержанность. Но еще больше нравится играть с огнем, прекрасно зная, что Руслан не может причинить мне боли.

Он не предаст. Не сможет.

— А если я попробую его укротить? Не лишай меня власти над тобой, — умоляю и чмокаю в губы. Чувствую свой вкус и облизываю его губы. Свои. Мягко улыбаюсь. — Пожалуйста…

Руслан сжимает челюсти и поднимает меня из положения лежа. Несёт на руках как пушинку.

Затем садится в свое большое, черное кресло и садит меня к себе на колени.

— Только руками… — говорит он рыча.

Сдался все же. Это хорошо.