Дикая война

Словно это и не люди вовсе, а нечто неодушевлённое. И это знание всё сильнее ввергало его в холодную, бешеную ярость.

Итогом стало то, что на улице он едва не искалечил пьяного купца и трёх его прихвостней. Впрочем, подобного хамского обращения Мишка не стал бы терпеть и от трезвого. Ну не было у него почтения ни к богатым, ни к именитым. Плевать ему было на все родословные и толстые кошельки. Для Мишки давно уже мерилом человека стал сам человек. Его моральные и душевные качества. Всё остальное пыль и мишура.

"

"И вот теперь, сидя в камере своего же участка, он мрачно размышлял о том, что делать дальше. Служба его предала. Достаточно вспомнить небрежно брошенную майором фразу, когда его привели к нему в кабинет:

— Мог бы и поклониться, спина бы не переломилась.

Он сказал это в ответ на то, что рассказал ему Мишка. Услышав эти слова, парень понял, что больше ему в этом здании делать нечего. Полицейские, пряча глаза, осторожно сняли с него пояс с оружием и, даже не попытавшись обыскать, отвели в камеру.

И вот уже третьи сутки он сидел здесь, предаваясь мрачным размышлениям. Почувствовав, что начинает замерзать, Мишка поднялся и, в быстром темпе прогнав полсотни отжиманий и полсотни упражнений на пресс, занялся растяжкой.

На шум в коридоре он не обратил никакого внимания. Брякнул засов, и дверь, со скрипом распахнувшись, впустила странную процессию. Майор, урядник, дежурный полицейский с подсвечником и купец с разбитой мордой. Увидев последнего, парень еле слышно зарычал, словно злящийся пёс.

Но с места не двинулся. Время окончательного расчёта ещё не пришло. Увидев, чем парень занят, майор растерянно кашлянул и, повернувшись к купцу, сказал:

— Говорил же, здесь он. Да и с чего вы вообще взяли, что это его работа?

— А кто тогда?! — взвизгнул купец мерзким фальцетом. — Кто? Небось, сговорился с кем-то.

— И с кем он тут сговориться мог? — иронично прогудел урядник. — Ерунду говорить изволите, сударь.

Не обращая внимания на их спор, Мишка продолжал сидеть в поперечном шпагате, наклоняясь то в одну, то в другую сторону.

— У господина купца две лавки сгорело ночью. Что сказать можешь? — повернулся майор к парню.

— Жаль, что не всё, что имеет, — зло фыркнул Мишка. — Я бы всё спалил.

— Следы на пожаре найти сможешь? — не унимался майор.

— Нет, — последовал жёсткий ответ.

— Как нет? — не понял начальник полиции. — Ты ж в этом деле лучший. Или это слухи?

— Торг не тайга.