Дикая война

Приказчик, едва рассмотрев список, сообразил, что перед ним серьёзный покупатель, развил бурную деятельность. Мишка, пытаясь поддержать такое реноме, принялся осматривать товар, небрежно откидывая в сторону всё, что ему не глянулось. Приказчик попытался было спорить, но, нарвавшись на пристальный Мишкин взгляд, прикусил язык. Отобрав нужное, Мишка велел ему начать счёт и, повернувшись к девчонкам, спросил:

— Выбрали, что хотели?

— Миша, а сколько потратить можно? — робко уточнила Глафира.

— Мама Глаша, ты выбери и вот сюда положи, а дальше моя забота, — отмахнулся парень.

— Так тут на пять рублей сорок семь копеек будет, — осторожно ответил тот.

— Совесть пропил? — мрачно поинтересовался парень. — Четыре с полтиной, не больше.

— Да как же это?! — подскочил приказчик, но вышедший в зал купец, хозяин лавки, одним движением отодвинул подчинённого в сторону и, вежливо поздоровавшись, быстро проверил товар. Потом, вздохнув, уважительно ответил:

— Прощенья просим, сударь, но за четыре с полтиной никак не можно.

— Четыре семьдесят, и даже не стану изъянов искать, — усмехнулся Мишка.

— Пять десять, — уступил купец.

— Пять ровно, и я к этому ещё чего возьму, — заявил парень, и купец, кивнув, протянул ему ладонь.

Хлопнув по ней, Мишка достал деньги, велев приказчику упаковать купленное. После чего перешёл к прилавку, куда сгрузили свои покупки девчонки. Последовавший за ним купец дождался, когда парень осмотрит товар, и, аккуратно поворошив его пальцами, объявил:

— Два пятьдесят.

— Будем шапками кидаться, или сразу за два отдашь? — спросил Мишка, устало вздохнув.

— Забирай, — подумав, махнул купец рукой.

Получив деньги, он некоторое время задумчиво поглядывал на укладывавшего в сумки пакеты парня, а потом, выйдя из-за прилавка, тихо сказал:"

"— Ты прости нас, Михаил. Господь свидетель, не хотел я в то дело влезать. Не по мне так дела вести. Не держи сердца, Христом богом прошу.

— Бог простит, — вздохнув, кивнул парень.

Они вышли на улицу, и Настя, не удержавшись, осторожно спросила, зачем ему столько всяких девичьих товаров. Бросив на девушку ироничный взгляд, Мишка вдруг понял, что она ревнует. Удивлённо хмыкнув, он скинул сумки в сани и, повернувшись к ней всем телом, принялся пояснять, что все вещи, которые он привёз с заимки, пошиты женщинами хантов, а так как денег они с него не возьмут, то отблагодарить их за работу он может только так.