Альковная тайна содержанки

Леня скосил взгляд на свою спутницу.

– Ты все еще хочешь ее спасать? – прошептал он едва слышно.

– Я балдею! – отозвалась потрясенная Лола. – Ну, Римма! Кто бы мог подумать? А с виду такая милая женщина! Обожает театр… несет культуру в массы… И не лень ей было торчать в фойе театров и точить лясы с ненормальными фанатками. Ведь это сколько времени нужно потратить!

– Серьезная женщина, – согласился Маркиз, – много лет работала под прикрытием, создавала легенду… Эх, были раньше кадры! Вот где дисциплина-то… С такими работать – одно удовольствие!

Лола обиделась и замолчала.

Потрясенная Лера трясла в воздухе рукой.

– Я повторяю – отдай марку! – раздраженно проговорила Римма Борисовна. – И имей в виду – третьего раза не будет!

– Как… как вы нашли меня? – дрожащим голосом спросила Лера, неохотно отдавая кисет с маркой.

– Не все ли тебе равно? – усмехнулась Римма, заглядывая в кисет. – Пойми, девочка – против организации у одиночки нет шансов! Я за тобой следила, поняла, какую операцию ты задумала, и с самого начала знала, что ты приведешь меня к настоящей марке!

– В жизни не поверю, что вы так стараетесь ради организации! – мрачно бросила Лера, следя за тем, как Римма Борисовна прячет марку в свою элегантную сумочку.

– Организация – это я! – произнесла та и направилась к выходу из сада, добавив напоследок через плечо:

– Спасибо, ты неплохо поработала! И не советую здесь задерживаться!

– Черт! – выкрикнула Лера, проводив взглядом победительницу. – Черт, черт, черт!

– Какая женщина! – восхищенно промолвил Прохор Петрович, на протяжении предыдущей сцены хранивший молчание.

– Может, заткнешься, старый идиот? – рявкнула на него Лера. – И без тебя тошно!

– Разве можно так разговаривать с пожилым человеком? – из-за кустов вдруг вышел высокий сутулый старик с лицом, изрезанным глубокими шрамами. Все его сухое, поджарое тело дышало силой и угрозой. Следом за ним появился второй тип, довольно молодой – короткая стрижка, мясистый загривок, маленькие злые глазки, кожаная куртка, едва не лопающаяся на широких плечах, все выдавало в нем блатного.

– Соленый! – выдохнул Прохор Петрович, не сводя глаз с сутулого старика. – Сколько лет, сколько зим!

– Узнал? – усмехнулся авторитет. – Вижу, что узнал, Лабух!

– Хорошо выглядишь… – заискивающим тоном проговорил Прохор. – Совсем не постарел…

– А вот ты, Лабух, здорово постарел! – Соленый окинул настройщика колючим взглядом.