Алхимик

Законсервировав город, механизм получил иммунитет к электрическому урону, а пробить защиту такого монстра мальчик не смог бы даже с сотней карт первого уровня.

Стоп! А ему и не нужно наносить урон! Лирхарт может уничтожить себя сам!

«Ка-Ли»…

Вы использовали карту «Огненный шар- II»

Вы нанесли 162 единицы урона Лирхарту, старшему прислужнику Первого.

Мана -1 (536)"

"Стол с рабочим терминалом был достаточно большим, чтобы через него не доставали лапы голема. Окончательно отбросив всю заторможенность, огромный механизм помчался за мальчиком, но стал жертвой своей массивности.

Гибкий и юркий Тайлин носился вокруг стола как мангуст, в то время как любое ускорение заставляло голема удаляться от стола, чтобы остановиться. Механизм не мог подобрать правильную скорость, чтобы двигаться только вокруг стола.

«Ка-Ли»… «Ка-Ли»… «Ка-Ли»…

Тайлин самозабвенно закидывал Лирхарта огненным шарами, с каждым выстрелом повышая его температуру на 3 градуса. Мелочи, казалось бы, но Тайлин уже знал, каким страшным это может оказаться оружием.

Особенно против тех, кто старался всеми силами себя охладить.

Изменения произошли, когда на карте оставалось всего 15 зарядов. Металлический корпус Лирхарта вновь покраснел, причем не столько от действий Тайлина, сколько от попыток придумать способ защититься от озверевшего человека. Лирхарт не знал, сколько у Тайлина карт и машина понимала — если температура повыситься еще на сотню градусов, его цепи не выдержат. И тогда он решил действовать.

Что заставило Тайлина замереть, он и сам не понял.

Появилось невнятное жужжание, заставившее мальчика остановиться и прислушаться. Обрадовавшийся голем растопырил лапы, желая сграбастать жертву, но не смог. Вместо этого чудовищное создание 180-го уровня превратилось в груду железок, аккуратно разрезанных на мелкие части. Тело Тайлина пронзила боль, но, благодаря голему, мальчик понял — надо терпеть и стоять, как бы тяжело не было.

Зал наполнился красными проводами или линиями, или лучами. Тайлин не мог придумать им названия.

Они выходили из одной стены и врезались в другую. Для лучей не существовало преград — они пронзили тело голема и мальчика, словно тех не существовало. Мало того, голем, что спешил к Тайлину, прошел прямо через одну такую нить и развалился на части, словно его разрезали острым мечом. Лучей было так много, что большие части чудовища, падавшие на пол, несколько раз пролетали по проводам, разрезаясь на более мелкие куски.

Тайлину досталось тоже.