Алекс и Адель. Рождество в Нью-Йорке

а вот того, как он пытался меня сожрать в памяти не воспроизводится. Может кто-то сверху жалеет мою нестабильную психику?

Я хочу помнить… каждую секунду, проведенную с ним.

— Вспоминай! — приказываю своему отражениями в зеркале, ткнув в него пальцем, и снова кричу. — Или Бродвей. Может сходим на Бродвей?

— Завтра развлечение выбираю я, — делает он акцент на этом “я”. — Мы идем на “Никсов”. Билеты уже выкупил.

Отлично. Баскетбол.

— Ты что, за них кому-то душу продал? — выкрикиваю, глядя в свои глаза.

В самом деле, где он достал эти билеты?

— Нет, — кричит Алекс в ответ. — Только гостайну.

Очень смешно.

За такое в Штатах положена смертная казнь. На секунду страх за него сковывает сердце. Ну и работенку он себе выбрал!

Упираюсь руками в умывальник и выдыхаю, кусая губы.

Он сидит там, за дверью, прекрасно зная, откуда у меня это. Как и то, что я делала, когда… добралась до резинки его трусов. Это не честно, что он все помнит…

Рассеянно перебираю свою одежду, разложенную на умывальнике, не зная, что надеть.

— Куда мы идем, напомни? — разрываюсь между платьем, юбкой и своими мыслями.

— Одно местечко в Гринвиче. Ничего особенного. Там будет пара ребят из лаборатории и их френдгерл.

Ничего особенного… и что же мне надеть?

— А твоя подружка… — выхватываю из стопки красный пушистый свитер. — Джесс, кажется? Или Британи? Будет там?

Очень красивая мулатка с большими карими глазами. Экзотичная, как розовый лимон. С очень уверенной задницей и грудью.

— Камила, — раздается прямо за моей спиной.

Резко развернувшись, прикрываю телесный пуш-ап свитером и вскрикиваю:

— Я голая!

— Ты в белье, — хмурится он, глядя на мои плечи. — Это не тоже самое.

На мне трусы и лифчик.

Какого черта он так делает?

— Выйди! — с отчаянием требую я.

— Чего я там не видел? — продолжает Немцев рассматривать ту часть меня, где нет лица!

Его слова ударяют по моим нервам своей двусмысленностью.

Мы никогда не водили двусмысленных разговоров раньше. Он сказал так специально, чтобы меня смутить. И зачем? Ведь мы же договорились, что ничего не было.

— Алекс! — рычу, указывая пальцем на дверь. — Проваливай!

— Черт… — бормочет, протягивая руку и бесцеремонно выхватывая у меня свитер.