Альфа-самка

Полина едва удержалась от того, чтобы отвесить нахалке пощёчину. Сучка играла не по правилам.

Краем глаза Полина заметила, что Димастый, к которому Света стояла боком, едва ли не пускал слюни, глазея на её соперницу. «И этот туда же», – с досадой подумала она. А потом улыбнулась, заметив в глазах Лены, сидевшей напротив своего парня, нехороший огонёк. Девушка нервно теребила низ топика, но из-за стола вставать не собиралась. Кажется, ночь обещала быть очень интересной.

Первую же партию выиграл Царь, которому выпало два туза.

"Царь, внутренне торжествуя, наблюдал за сменой выражения лиц Светы и Полины. Девушки осторожничали, не желая набирать много очков, и теперь жалели об этом. Они обещали стать прекрасными ученицами. Отличницами. Он коснулся колокольчика и услышал внутри себя его звон. Колокольчик скучал, ему надоело лежать в тесном тёмном кармане. «Скоро, маленький, – пообещал Царь. – Уже совсем скоро».

Встав со своего места, он широко улыбнулся Лене, зная, что ученицы не сводят с него глаз. Пусть смотрят, пусть распаляются. Коньяк горячил кровь, рождал в мозгу восхитительные, возбуждающие образы. Царь поймал взгляд Лены и вдруг отметил, какая она сексуальная именно сейчас – словно для неё урок уже начался. Не знает, куда девать руки, на лице лёгкий испуг… но в глазах, в самой их глубине, Царю привиделись искорки вожделения. Он задохнулся от неожиданной ослепляющей мысли: может, у него сегодня будут три ученицы? Ведь рано или поздно Димастый и Юрец выйдут отлить на палубу, и вряд ли вместе…

Приблизившись вплотную к Лене, парень встал на колено и положил руки ей на щиколотки, которые показались из-под длинной юбки.

Обострившееся чутьё Учителя подсказало: на Димастого. А тот – Царь это словно видел – пялился на Свету, которая вместе с Полиной сверлила взглядом спину Царя. Он довольно улыбнулся.

А вот Юрец… Юрец, кажется, слегка заскучал, и это Царю не понравилось. Тот, кто скучает, начинает слишком много смотреть по сторонам. Ничего, есть верное средство. Царь знал: ещё несколько тостов, и Юрец сорвётся. Будет пить, пока не рухнет. Тогда он, верный друг, выведет его наружу проветриться…

Руки поднимались всё выше, и наконец пальцы нащупали нижнее бельё.