Алета

Я ведь даже приблизительно не знаю, сколько у меня там сейчас вещей, придется все подряд развешивать в гардероб, а дальше разберемся. У меня как-то никогда не было одежды в таком количестве. И все свои платья я знала в лицо, а тут мне со многими вещами приходилось знакомиться. «Алиса – это пудинг. Пудинг – это Алиса».

А вечером я собралась спать. Ха, наивная дурашка. Я ведь и правда хотела лечь спать, тихо и мирно. И вот когда я, вся такая томная и меланхоличная, выплыла из ванной в пижамке, то обнаружила в креслах обоих своих муженьков.

– И что это вы тут делаете? Да еще в таком виде? – Я кивнула на их махровые тряпочки. И, стараясь не пялиться на эти две горы тестостерона, продефилировала мимо них к кровати.

– Ну мы после ванной, – улыбнулся Илмар.

– Спать пришли, мы же договорились, ты обещала подумать, – промурлыкал Шер.

Я быстро скользнула в постель, натянула одеяло до подбородка и скромненько поправила топик. А эти два… нехороших нечеловека… скинули с себя свои полотенчики и в чем мама родила пошли к постели.

– Ребят, а вы не офигели ли, родимые? – Я вытаращилась на них. Причем, каюсь, вытаращилась я на то, что до этого было спрятано под полотенчиками.

Ну, не каждый же день такой стриптиз показывают, а вдруг больше не увижу? Надо ж хоть поглазеть, кого мне в качестве супружников бог послал, точнее, богиня, точнее, прабабушка, чтоб ее, любимую. Ух како-о-ое мне досталось. Ой каки-и-их мне послали. Я начала грызть кулак. А мышцы-то, а кубики-то, а капельки воды на груди и животе, а какие ягодицы.

– Мальчики, вы бы прикрылись, что ли, а? – промямлила я.

Причем я это медленно мямлила, а глаза мои даже моргать отказались, а то вдруг снова откроются, а кино уже закончилось. А эти два изверга не торопясь шли к кровати и ведь, гады, даже не пытались прикрыться. У меня сердце уже пыталось вылезти из горла, чтобы тоже посмотреть, что ж там такое показывают, что глаза сейчас вывалятся.