Алета

 – Знаешь что. Я отдаю их тебе. Вот как ты решишь и озвучишь – так и будет. Надоели они мне до ужаса. Я в любом случае отсюда улечу, меня ждут другие мои подопечные – драконы. Их я не мог навестить много столетий как раз из-за этих аэрлингов.

– Может, не надо? – промямлила я. – Я как-то не готова брать на себя такую ответственность.

– Надо. И ты ко всему готова, ты уже начала свой путь. Привыкай. Их судьба в твоих руках.

У меня, конечно, был еще миллион вопросов, но, похоже, Властелин был не расположен к длительной беседе, так что нарываться не хотелось.

– Ладно, летите. Удачи вам, а я, если что, потом Дану спрошу, она меня проконсультирует.

Услышав мои последние слова, Энлиль вздрогнул всем телом.

– Какую Дану? – медленно спросил он.

– Богиню рек, Дану. Я с ней познакомилась, когда только прибыла в этот мир.

– Вот как? И как она? Счастлива с мужем? – поджав губы и прищурившись, спросил Энлиль.

– С каким мужем? – не поняла я.

– Какого любимого? – распахнул глаза от удивления Энлиль.

– Ну я не знаю, какого, имени она не называла. Упоминала только, что он ушел много столетий назад, вот она его с тех пор и ждет. Мы с ней встретились у реки по ту сторону гор, – пожала я плечами. – Это она мне, кстати, и подарила те метательные звезды, которыми я смогла разбить вашу темницу, и слеза, что я на вас уронила, тоже ее. Мои слезы на вас не подействовали.

– Не может быть… – прошептал Энлиль. – Так значит, все неправда! И она любила меня…

Я с интересом уставилась на него. Так это что же, любимый Даны – мой новый родственник? Ничего себе финт!

– Мне пора. Увидимся еще как-нибудь, а пока ты знаешь достаточно, учись, – выпалил он, вдруг вскочив со скамьи. – С аэрлингами сделаешь все сама, а с меня подарок.

– Стойте, погодите, что насчет кольца? – Я тоже вскочила. Но он уже исчез в воздухе, а я так и осталась стоять с протянутой вперед рукой, на которой было надето прабабушкино кольцо.

Вот и поговорили. Ну ничего себе, сходила в храм поплакать… Я уныло плюхнулась обратно на скамью, облокотилась локтями о колени и уткнулась лицом в ладони. Моральных сил на то, чтобы выйти к народу и начать решать чьи-то судьбы, у меня не было. Не знаю, сколько я так просидела в прострации, но очнулась от того, что кто-то погладил меня по голове. Я подняла голову. Рядом сидел Мертон и участливо смотрел на меня.