Акция прикрытия

Так что скоро, может, объявлюсь у вас…

Карпенко и Королев крепко пожали ему руку. Молча. Ибо что они могли сказать?

— В Москву летите самолетом, — дал дэгэбэшник последний совет. — В Чечне вам без меня вполне могут головы открутить.

Но у Карпенко была встреча в Ростове, и они сели в тегеранский поезд. Когда состав затормозил в чистом поле, им стало все ясно. Быстро оделись, приготовили оружие. Когда дверь отъехала в сторону и в проеме появилась небритая физиономия Алаудина, Карпенко мгновенно оценил обстановку.

Автомат висел на груди, воспользоваться им бандит не успеет. В коридоре толкутся еще двое, но они не станут стрелять сквозь своего вожака и умрут сразу вслед за ним. Если бы дело происходило в восьмидесятом, восемьдесят пятом или хотя бы девяностом году, судьба нападающих была бы предрешена. Но тогда в стране не существовало полностью криминализированных территорий, где правят бал бандиты.

Пока Королев разговаривал с «гвардейцем», Карпенко внимательно рассматривал всех троих.

По крайней мере двое — рецидивисты. У всех — автоматы с подствольными гранатометами. Когда трусы и предатели вывели из автономной Чеченской республики все войска и, как последние мокрожопые педерасты, сдали бандитам оружейные склады, подствольников в арсеналах не было. Сейчас миниатюрная пушка является модным украшением каждого третьего «калаша». Откуда же они берутся?

Ненависть к заседающим в высоких кабинетах изменникам ударила в голову, и он излил ее на бандитов.

— Идите домой и останетесь живы, — сказал он по-чеченски. — Ваши жены и дети не будут плакать.

Эту фразу он выучил в восемьдесят девятом, когда два террориста захватили самолет в аэропорту города Грозного. Тогда переговоры ни к чему не привели, и он застрелил их из двух пистолетов одновременно. Сейчас чеченская речь произвела эффект разорвавшейся бомбы.

Алаудин в замешательстве оглянулся на своих спутников. У тех от изумления отвисли челюсти..

— Ты же не вайнах? — спросил мосластый Ибрагим по-чеченски.

Ему казалось странным, что старший группы так деликатно обходится с дерзкими пассажирами, и он пытался получить объяснение этому обстоятельству. — Где научился нашему языку?"

"Но Карпенко исчерпал свой словарный запас.

— Идите домой и останетесь живы, — повторил он.

— Неверная собака, ты нас пугаешь?! — На этот раз Ибрагим заорал по-русски и, оттесняя Алаудина, сунул в купе ствол автомата.