Далекие странники (перевод новеллы)

— Понял теперь, зачем мне Кристальная броня? — ухмыльнулась Лю Цяньцяо.

— Вы ищете не «Меч Фэншань», а «Руководство Инь Ян», — чуть подумав, кивнул Чжоу Цзышу.

У Лю Цяньцяо имелось множество лиц, и все фальшивые. Как многие женщины, она хотела гордиться собственной внешностью, а не скрывать её всю жизнь. Любая блёклая простушка могла натворить всякого, лишь бы стать красавицей. Что уж говорить о Зелёной Лисе! Но если человек в погоне за совершенной маскировкой меняет тысячи обличий так, что забывает своё настоящее имя и предаёт своё сердце, разве это не безумие?

— Ни у меня, ни у моих спутников нет и не было фрагмента Кристальной брони Чжанов, — повторил Чжоу Цзышу.

На губах Лю Цяньцяо всё ещё играла прохладная улыбка, когда она без лишних слов выхватила кинжал и попыталась пырнуть своего гостя. Чжоу Цзышу развернулся и уклонился от выпада. Он уже согнул пальцы, чтобы схватить предплечье Лю Цяньцяо, когда её нежное запястье внезапно ощетинилось кольцом острых светящихся синих шипов. Вслед за этим из рукава Зеленой Лисы вырвалось облако густого тумана.

— Поживем — увидим! — бросила Лю Цяньцяо, прежде чем сгинуть в густой дымке.

Чжоу Цзышу удручённо покачал головой — лиха беда начало! Сегодня Зелёная Лиса, а кто явится завтра? Чжан Чэнлин был подлинной ходячей катастрофой. Неудивительно, что два старых хитреца — Гао Чун и Чжао Цзин — были не против избавиться от такого сокровища, лишь бы кто взял.

Стоило Чжоу Цзышу шагнуть в пустынный переулок, как чья-то рука стремительно метнулась к его плечу.

— Мужеубийца!

Чжоу Цзышу отпихнул его, скрестил на груди руки и нахмурился.

— Хозяин Долины Вэнь, как погляжу, ты опять забыл принять лекарства?

Вэнь Кэсин прижал ладонь к рёбрам, будто все они были сломаны.

— Ты ушёл непонятно с кем! Прямо у меня на глазах! — простонал он, кривясь от боли.

В ответ на его безутешные причитания Чжоу Цзышу, не подумав, выпалил:"

"— Решительно не понимаю, почему бы и тебе не провести этот день в борделе?

Едва договорив, он чуть не проглотил язык от досады, но слово — не воробей. Видимо, Чжоу Цзышу был слишком зол, раз выразился так опрометчиво.