Академия \

На девушку словно ушат ледяной воды вылили, она аж задохнулась! Сбылись её самые страшные кошмары! Но сердце отказывалось верить, да и терять лицо перед этой пронырой гордость не позволяла. Она — звезда академии, а эта серая шваль вечно будет другим косточки перемывать, своей то жизни у неё нет!

— Понятия не имею, о чём ты! Я не интересуюсь сплетнями, — Лия взяла себя в руки и уверенно поставила “гостью” на место, заодно прикрыв свои тылы. — Но, если ты права, и Корлин допустил подобные слухи, вероятно, нам придётся расстаться.

Серая крыса серела всё больше от каждого слова надменной красотки, а та безжалостно мстила за своё унижение. Видеть, как эта мерзавка корчится от боли было наслаждением.

Хилли убежала, едва сдерживая злые слёзы, и блондинка сдулась, словно проколотый мяч. Плечи поникли, губы задрожали, а по щекам полились слёзы. “Я чувствовала, что будет что-то подобное! Мерзавец! Как я сразу не раскусила его!” — она схватила шкатулку, которую он подарил ей в прошлом году, и расколошматила о стену! Потом немного успокоилась и решила выяснить всё раз и навсегда, отправив вероломному ухажёру крылатое письмо. Она требовала встречи и немедленно.

Через несколько минут они встретились в старой беседке у озера, там, где когда-то впервые поцеловались. Было больно и символично.

— Это правда? — с ходу накинулась девушка, сверкая полными злобы глазами. — Ты пригласил серую мышь Олнир? Это пугало? Ты променял меня на эту доходягу? И когда планировал мне сказать? За пять минут до бала? Чего ты добивался? Чем я заслужила такое?

Девушка перешла на крик, а затем разрыдалась. Ну сколько могут выдержать и без того натянутые нервы? Но парень даже не попытался оправдаться, вместо этого он состроил оскорблённую мину и ушёл в оборону:

— Не знаю, что за бред ты несёшь, и я порядком устал от этих скандалов! Я всегда был честен с тобой, Лия, но только и слышу вечные упрёки и подозрения! Неужели хотя бы сегодня нельзя было обойтись без этого? Тебе больше нечем пощекотать себе нервы? Не хватает остроты ощущений?.

— Ты даже не собирался мне говорить! Ты мерзавец! — взвизгнула она, от бессилия топнув ногой.