Академия королевских чародеев

Я вздрогнула, осознав, что с помощью магии чародей все рассказал о моем подвиге с каретой и сапогами, но лишь крепче прижала к себе вещи мужа.

– Я кого спрашиваю?! – рычало из кресла ужасное начальство.

– Элан, что ты так рычишь на всю Академию? – раздался за моей спиной женский голос.

Голос обволакивал, был таким бархатным и тягучим, с какой-то заманчивой ленцой. Я обернулась и увидела совсем девушку, хотя голос был глубокий, грудной. Волосы у госпожи ди Рив были примечательные, полосатые. Одна прядь каштановая, а другая рыжая.

– Рея, – проревело снова в кабинете так, будто само мое имя – уже обвинение."

"Госпожа ди Рив внимательно меня осмотрела, ненадолго задержав взгляд на сапогах, оберегаемых мной, а потом тем же спокойным мягким голосом произнесла:

– Хорошая девушка, зря ты так рычишь.

Госпожа ди Рив присела на стул. В ее мягкой манере говорить и двигаться сквозило что-то кошачье. Казалось, что не женщина перед тобой, а огромная ласковая кошка.

По Академии ходили слухи, что госпожа ди Рив, пока здесь училась, раскрыла заговор против короля и арестовала главную преступницу, а потом самолично допрашивала. Вроде с нашим директором тогда и познакомилась. Что из этих слухов правда, а что вымысел – никто сказать не мог. Только глядя на госпожу ди Рив, трудно было поверить, что эта светская львица могла участвовать в расследовании.

Ее изображения на королевских балах часто попадали в столичные газеты, потому что внешность жены директора была очень необычной.

Кажется, сегодня был тот самый случай, когда кошка поймала птичку. Глаза госпожи ди Рив горели огнем и внимательно меня изучали. При этом холодный взгляд был взглядом хищника, оценивающего добычу.

– Эта «хорошая девушка», как ты выразилась, вызвала чародеев к сапогам в почтовой карете, посчитав, что в них находится труп! – снова взревел возмущенный директор.

Я его понимала. Кажется, я уже протерла плешь на директорском ковре. Учимся мы в основном не летом, вода и грязь с моих ботинок постоянно оседала на ковер, а подошва подминала под себя ворс. В общем, место свое я знала с точностью до миллиметра.