Айс и Ангел

Таким тихими, что единственный звук, который ты слышишь, это шум крови, пульсирующий в ушах с каждым ударом сердца. За исключением, пожалуй, дыхания, настолько неровного и прерывистого, что воздух, циркулирующий через рот и нос, кажется почти наэлектризованным.

А если вы напуганы, напуганы так, что каждую секунду вас одолевает то тошнота, то обморок, тогда ночи кажутся вам гораздо более темными и тихими, чем когда-либо.

А я была напугана.

Настолько, что ощущала странное чувство отстраненности от происходящего.

В то же самое время, я чувствовала себя абсолютно спокойной. Мой взгляд блуждал по всем предметам, охватывая общую картину так внимательно, как будто ему не представится другого шанса показать все, на что он способен. Тело, напряглось как струна, мышцы подрагивали в бессознательной попытке сохранять спокойствие и неподвижность. Сердце отдавалось в ушах болезненным грохотом, и запах моей паники окутывал меня подобного трехдневному поту в летнюю жару.

Когда чья-то рука скользнула вдоль моей спины, я едва не выпрыгнула из собственной кожи. Благодаря той же руке крепко ухватившей моё предплечье, я не понеслась с диким криком к стоящей в безопасном месте машине.

– Это всего лишь я, – прошептал голос Криттер в дюйме от моего уха. – Как ты?

Моя челюсть застыла намертво, отказываясь вопреки моему желанию двигаться. Я даже не могла повернуть голову, чтоб посмотреть на нее.

"Каким-то непостижимым образом, интонация ее голоса позволила моему телу стряхнуть – хотя бы временно – ступор, которым парализовал его страх. Я была в состоянии повернуть голову, и одного взгляда на нее мне хватило, чтобы понять, что она говорит правду. Ее глаза были такими же огромными, как и мои, и участок кожи над верхней губой блестел от пота, хотя ночь была отнюдь не теплой.

– Приятно знать, что я не единственная, – наконец прошептала я.

– Далеко нет. И я в отличие от тебя уже бывала в подобных ситуациях.

Я посмотрела на нее.