Афганский рубеж (СИ)

Не задумываясь, открываю дверь."

"— Ох, ёптить! — выдохнул я, увидев перед собой это «чудо».

Только оно было не в перьях, и совсем не мышь, а с огромным… горбом! На площадке между первым и вторым этажами, стоял верблюд.

— Ты откуда такой?! — спросил я у него и взглянул на часы.

Время почти 8:00. Енотаев сейчас сам встанет на зарядку. Вот это будет номер! Надо хоть выпроводить этот «корабль пустыни» отсюда.

— Малец, иди сюда, — позвал я солдата.

— Я в детстве с лошади пару раз падал. У меня к таким животным страх, — трясся парень, прижавшись к двери.

— Да не боись ты. Это ж верблюд. Посмотри, какое лицо у него доброе.

Мы с парнем внимательно посмотрели на жующего жвачку верблюда. Но солдат не проникся к животинке.

С бойца толку мало. Он вон спрятался и не выходит. Надо как-то выпроводить гостя. Кричать на верблюда тоже нельзя. Эти животные весьма обидчивые.

Вернулся в расположение и пошёл будить сначала Багу, а затем и Магу. Но эти ребята были в полной отключке. Ещё более «уставшим» был Димон. Решил он вчера, видимо, обнулиться по полной.

Лёня успел закимарить повторно в моё отсутствие.

— Чкалов, просыпаемся.

— Чего? Война?

— Ага, война в Крыму — всё в дыму. Пошли. С верблюдом поможешь, — сказал я.

— Сань, ты ж не бухал вчера?!

— Ты тоже. Пошли, говорю!

Чкалов надел спортивный костюм, и через минуту мы стояли на лестнице. Верблюд величаво и внимательно смотрел на нас, шевеля губами.

— Так, это — верблюд, — сделал заключение Лёня.

— Да.

— Настоящий, — продолжил рассуждать Чкалов.

— Определённо. В полной комплектации я бы сказал. Седло в наличии.

— Угу. И у него один горб. На Семёна похож, — продолжил поражать меня своей эрудицией Лёня.

— Кто?

— Ну, верблюд. В моём селе, был один. Семёном звали. Одна морда, один профиль. Правда, тот двугорбый был.

— Издеваешься? Его убрать надо отсюда, — сказал я.

— Блин, ну тогда вопрос: а что он здесь делает?

— Ты потом по этому поводу напишешь диссертацию. Давай быстрее вытянем его, — подтолкнул я к действиям Чкалова.

Вывести из здания казармы верблюда оказалось непросто.

Он оказался упёртым и решил отомстить плевком. Чуть было наш Чкалов не влетел в стену, настолько была мощная струя. И хорошо, что не в глаза ему попал одногорбый.

— Блин! Вот вонь!

— Тебе повезло, что это слюна. Была бы жвачка, и при попадании в глаза, конъюнктивит был бы тебе обеспечен, — сказал я.