Афганский рубеж 3

— Грудь не чешется? — спросил я и Щетов нервно сглотнул.

Я повернулся к Римакову и внимательно посмотрел ему в глаза.

— Хотите меня заменить? Это ваше право. Только назовите мне адекватную причину. Нытьё некоторых товарищей я таковой не считаю, — кивнул я в сторону Щетова.

Римаков задумался и повернулся к Казанову.

— Я своё мнение сказал. Хотите, можете Евича не брать, если так угодно, — сказал Виталик.

Тут уже Андрей Вячеславович опешил от услышанного.

— Ничего менять не будем. Если только товарищи Евич или Клюковкин выразят несогласие и откажутся работать друг с другом.

Возражений от меня и Андрея Вячеславовича не последовало. На том и завершили наше маленькое совещание. Выйдя из штаба, я заметил, как мимо проехал УАЗ «таблетка». В районе стоянки вертолётов слышно было, как раскручиваются винты нескольких Ми-8. Возможно, из медицинской роты кого-то решено эвакуировать.

— Вечер и куда-то собрались, — сказал Петруха, засмотревшись вместе со мной на взлетающие Ми-24.

— У местной эскадрильи много работы.

Мы прошли несколько метров, поравнявшись со зданием медицинского пункта. В окне зажёгся свет, и я смог увидеть «хозяйку» одного из кабинетов. Антонина Белецкая что-то заполняла в журнале, поглядывая на улицу.

— Сан Саныч, время ещё не позднее, — сказал Петруха, заметив, как я смотрю на Тосю.

Может и не позднее, но меня никто в «медпункт» не приглашал. Только я об этом подумал, как окно открылось и на улицу выглянула Тося.

— Александр, зайдите пожалуйста, как у вас будет время.

— У него сейчас свободная минутка есть, — ответил за меня Пётр.

Я толкнул его в плечо, чтобы он более не отвечал за меня.

— Было бы славно, Александр. Это ненадолго. Жду вас, — произнесла Антонина и прикрыла окно.

Я остановился, задумавшись над происходящим. Вроде и хочется пойти именно сейчас, но что-то мне подсказывает не надо. Но в ухо мне всё «заливает» и «заливает» Петька о возможности приятно провести время.

— Девушка симпатичная. Я всё понимаю, Саныч…

— Вот если ты понимаешь, тогда чего подталкиваешь в сторону медпункта? — спросил я.

— Просто вижу, что вы не так уж к ней равнодушны. Ваши глаза об этом говорят.

— Петька, глаза не разговаривают. Они видят, — ответил я, прихватив его за ухо.

— Ай! Я ж только из лучших побуждений, — улыбнулся Пётр."

"Я отпустил его и сказал идти в модуль. Сходить к фельдшеру, всё же, стоит. Может и правда что-то важное.