Адвокат Империи 2

По всем признакам там то же самое. На первый взгляд, мужики просто пустили себе пули в головы.

— Ясненько.

Громов задумчиво почесал подбородок, почувствовав, что пальцы уколола трёхдневная щетина.

Нет, смерть Даумова нисколько его не расстроила. Ну кроме того факта, что это не он к ней причастен. Так-то было бы неплохо, но, к сожалению, Громов был слишком правильным, чтобы преступить закон и сделать то, что следовало. Иногда в моменты, когда в купленной в пятничный вечер бутылке водки оставалось меньше половины, он даже всерьёз задумывался о том, чтобы наконец переступить через свои принципы…

…и каждый раз отбрасывал эту мысль.

Сделаешь так всего один раз, и обратного пути уже не будет. Всё. Правильно говорят, что первый шаг самый трудный. Дальше шагать уже проще. Даже если шагаешь по телам.

И всё-таки, как и любой хороший следователь, Громов был любопытен. Очень любопытен. И сейчас ему было крайне интересно, что, дьявол забери душу этого урода в ад, здесь произошло.

— Этих двоих уже опознали?

— Кого?

— Ну парней этих, которых у входа нашли.

— А, да. Один даже у нас по сводке проходит.

— Даже так? — удивился Громов. — А поподробней?

— Да там кривое дело. Драка в ресторане. Парень измордовал баронского сынка.

— Угу. Хорошо хоть?

— Что?

— Хорошо хоть измордовал-то, спрашиваю?

— О! Понял. Да, ещё как. Там всё лицо в кашу.

— Ну, значит, нормальный парень, — хмыкнул Громов, доставая новую сигарету.

Похоже, вечер будет интереснее, чем он предполагал…

Глава 2

Хорошо киношным персонажам. Вот ударили их по голове, а они бац — и потеряли сознание. А потом пришли в себя и ничего так, нормально себя чувствуют.

Угу, как же. Меня вот по голове никто не бил, но когда я пришёл в себя, то очень сильно пожелал, что кто-нибудь и правда треснул меня по башке так, чтобы я снова вырубился.

Голова раскалывалась от боли. Настолько, что мир перед глазами потерял всякую чёткость. Да и вообще, смотреть на него не хотелось. Всё, что я смог понять, — лежу на мягкой постели, что уже неплохо. Потому что вырубился на долбаном заброшенном заводе на холодной земле. Приятный контраст, так сказать.