Адские ныряльщики

Может, это и к лучшему. Он включил мини-компьютер на запястье. Под треснувшей поверхностью ожила система контроля костюма. Все показатели были в норме. Запустилась стандартная процедура, через которую он проходил уже девяносто семь раз, начался обратный отсчет.

Капитан Эш прошла через весь пусковой отсек, останавливаясь перед каждым дайвером, пожимая руки, желая удачи. Икса она отвела в сторону.

– Я должна вам кое-что сказать, – произнесла она."

"Иксу вовсе не хотелось услышать еще какие-нибудь скверные новости, особенно после того, как Тин отреагировал на сообщение о новом дайве.

– У меня опять рак горла.

Икс не знал, что ответить. Он пробормотал:

– Я… Жаль это слышать, капитан.

Капитан Эш еще несколько секунд смотрела в окно, потом повернулась к нему:

– Я прожила хорошую жизнь. И у меня еще есть пара неплохих месяцев. Может, чуть больше. Но я не собираюсь сдаваться без борьбы. Я использую это время для поисков нового дома. А вы должны успешно выполнить задание.

– Выполним, капитан, – ответил Икс.

– Я вам верю, – произнесла она. – И вы можете верить мне. Что бы ни случилось, о Тине позаботятся.

– Благодарю, капитан. Я хотел, чтобы он пришел сюда со мной попрощаться.

Капитан Эш улыбнулась и посмотрела на толпу. Проследив за ее взглядом, Икс увидел знакомую блестящую шляпу. Тин пробился к ограждению и махал ему рукой.

– Он передумал, – сказала капитан Эш и подмигнула. – Возможно, я подкупила его обещанием еще раз показать фермы.

– Капитан, я благодарен вам даже больше, чем вы думаете, – сказал Икс.

Направляясь к веревке, он чувствовал, что уголки его губ поползли вверх. Улыбаясь, Тин протянул к нему руки. Икс схватил его и поднял над ограждением.

– Прости, Тин, – сказал он. – Жаль, что жизнь так сурова с тобой, и…

Мальчик застонал.

– Ты меня сейчас задушишь…

– Прости, – ответил Икс, опустил его на пол и поправил шляпу у него на голове.

– Прости за вчерашний вечер, – произнес Тин. – Просто я боюсь, что ты не вернешься.

Икс присел на корточки.

– Даже если это случится, ты не останешься один. Ты можешь говорить со мной. И не только со мной, но и с твоими родителями. У нас вряд ли получится ответить, но мы все равно будем тебя слышать.