Адриано

И это без вина, которое может добавить к счету тысячи (или десятки тысяч).

Это сказка, как и дом семьи Адриано…

И мне приходится ущипнуть себя, пока он ведет меня по ступенькам с улицы в темный, похожий на пещеру, вестибюль ресторана.

Увидев нас, метрдотель кланяется.

— Добро пожаловать, синьор Розолини. Ваш столик уже готов.

Затем он ведет нас по короткому коридору в основную часть ресторана.

— Как тебе удалось получить столик в такой короткий срок? — шепотом спрашиваю я у Адриано.

— Я не просто занял столик — я занял определенный столик, — с улыбкой отвечает он.

— Как?! Я читала, что это место забронировано на месяцы вперед!

— Никколо сделал им предложение, от которого они не смогли отказаться.

И тут он подмигивает мне.

Я с тревогой смотрю на него.

Учитывая, что Адриано использует фразу из «Крестного отца», которая привела к лошадиной голове в постели мужчины…"

"Мне не очень хочется знать, что сказал Никколо, чтобы получить столик.

Однако все это забыто, когда мы входим в сам ресторан.

Первое впечатление — простор.

Он гигантский — сотни футов площади…

И несколько сотен футов в высоту.

Стеклянный купол возвышается над головой.

Ощущение такое, будто находишься в гигантском снежном шаре — только без снега.

И вид….

Стеклянные треугольники внутри стальной рамы показывают цвета заката и углубляющиеся пурпурные оттенки неба. В конце концов все они померкнут, и мы будем ужинать под звездами.

Кроме того, стеклянный купол окружают старинные здания, что придает ему ощущение, что ты вернулся в средневековье.

Наряду с белыми льняными скатертями, сверкающими хрустальными бокалами и блестящими серебряными приборами.

Куда бы вы ни посмотрели, все выглядит прекрасным.

И это только вид.

Запах еды вызывает обильное слюноотделение…

Свежеиспеченный хлеб… изысканно прожаренные куски мяса… аромат специй…

А звуки!

В дальней части ресторана играет небольшой оркестр: струнные, кларнеты, приглушенные трубы.

Музыка предназначается для паркетного танцпола в центре ресторана, где элегантно танцуют красиво одетые женщины и богатые мужчины.

Создается впечатление, что это сцена из голливудского фильма сороковых годов — элитный ночной клуб.