Адская смесь

– Что? Ты отказываешь мне? И ради кого? Ради русского?

– Успокойся, Джо, – попросила здоровяка женщина.

– Ну уж нет! Ты будешь со мной. А все русские – дерьмо!

Шепель почувствовал, как ярость заполняет его. Побледнел и Ларсен. Майор поднялся с места:

– Значит, я – русский – дерьмо?

– Дерьмо! Полное дерьмо. И ваша Россия – дерьмо. Весь мир, кроме Штатов, – дерьмо.

– А ты конфетка?

– Чего? – не понял американец.

– Это тебе, сучок, за дерьмо!

Шепель резким ударом в челюсть опрокинул здоровяка на стол. На пол полетели бутылки и закуска.

– А это тебе за хамство.

И врезал солдату лбом в физиономию. Брызнула кровь. Здоровяк рухнул под стол. Друзья побитого солдата двинулись на Шепеля. Но рядом с российским офицером встали находившиеся в баре Линке, Шинлер и, конечно же, Ларсен. Линке отбросил от стола, как пушинку, одного из солдат базы. Ларсен здоровой рукой схватил за грудки другого. И быть бы подвыпившим солдатам базы битыми, но от входа раздался окрик:

– Всем стоять!

Шепель обернулся на знакомый голос.

– Ты не пострадал, Майкл?

– Смеетесь, полковник? От кого? Разве это бойцы? Сопляки.

Дак резко повернулся к бармену:

– Внутренний патруль сюда! Быстро!

– Но… – проговорил тот. – Извините, вы в гражданской одежде, я не знаю…

– Ты много чего еще не знаешь в жизни, сынок.

– Слушаюсь, сэр!

Патруль прибыл через считаные минуты. Дак приказал отправить четверых солдат, что устроили скандал в баре, на гауптвахту. Здоровяка Джорджа и его дружков увели. Ушел и полковник, на свои места отправились Линке и Шинлер.

Блондинка участливо взглянула на Шепеля:

– Майкл, ради бога, извините этого придурка Джорджа. Он, как выпьет лишнего, совершенно теряет голову.

– Сегодня он мог потерять ее навсегда.

– У вас, кажется, ссадина на щеке… – Блондинка провела нежной ладонью по щеке Михаила.

– Ссадина? Откуда ей взяться?

– Возможно, Джордж вас задел… Здесь, в полумраке, плохо видно; пойдемте ко мне в номер. Я медсестра, посмотрю вас, окажу помощь.

– В постели тоже?

– Ну, зачем же так прямо, Майкл? Об этом при всех не говорят.

Шепель отвел руку блондинки:

– Извини, Натали, но я не нуждаюсь ни в твоей помощи, ни в твоих услугах.