Адская рулетка

Благодать! Это были настоящие сибирские охотничьи лыжи, широченные, не меньше двадцать сантиметров в ширину, снизу подклеенные каким-то мехом. Когда катишь вперед, мех прижимается, и скользишь не хуже, чем на мази, а когда лезешь в горку, мех оттопыривается и держит на склоне, не давая, как говорят лыжники, «отдачи». Крепления — простейшие, брезентовый ремешок, чтоб пропихнуть носок валенка, а задник — из резиновой трубки.

Последнее оказалось очень полезным, когда я поставил на лыжи Лусию. Несмотря на то что ножки у научной мышки были примерно 34-го размера, крепления ей вполне подошли — валенки ей выдали на шесть размеров больше, а внутри, как позже выяснилось, было накручено немало всяких носков и портянок, так что держалась обувка плотно.

Только тут я обнаружил, что Лусия тащит с собой рюкзачок, и довольно тяжеленький.

— Это что? — спросил я.

— Приборы, — вздохнула сеньорита Рохас, — это нельзя бросать! Без них нельзя будет понять здешних аномалий.

Именно поэтому, устыдившись, я задержался ненадолго, чтоб разыскать ГВЭП и уложить его в коробку из-под пулеметной ленты.

Я подумал, что Чуду-юду будет интересно разобраться с тем, что вытворяла эта машинка.

Шелест лыж был намного тише, чем скрип снега, когда мы с Лусией двигались без оных. Но где-то позади нас на таких же лыжах шли соловьевцы. Вряд ли они были хуже подготовлены для лыжной ходьбы, чем моя тропическая спутница. И наверняка не были так перегружены, как я. Так что оставалось рассчитывать, что они нас не сразу найдут. Хотя надежда была слабая.

След Лусии, проломанный в снегу, потерять невозможно. Он выведет их к месту перестрелки, а оттуда они попрут за нами по лыжне, которую мы же для них и проторим. Но делать было нечего, оставалось тащиться вперед, «вдоль обрыва, по-над пропастью», как пел когда-то Высоцкий.

На сам обрыв я Лусию не повел — свалилась бы. Если она имела когда-то дело с лыжами, то только с водными. К тому же она была на пределе сил еще после того, как сумела по глубокому снегу влезть на горку.

В том, что соловьевцы нас догонят, я не сомневался, только мог прикинуть наудачу, когда они это сделают; через пять минут или через пятнадцать.

После того как мы прошли метров сто, Лусия упала в пятый раз и сказала:

— Я не могу идти, Деметрио.

Пришлось применять жесткие методы воздействия.

— Лусия, — прошептал я, — ты понимаешь, что будет, если они тебя найдут? Это очень злые и страшные люди. Замерзнуть до их подхода ты не успеешь, застрелиться — не хватит воли.