А жизнь так коротка

Эта девка не стоит доброго слова. Бросьте ее и про все забудьте. Пусть она идет своей дорогой, а вы идите — своей.

— Я люблю ее. Я знаю, что она многого не стоит, и она знает. Но, когда любят, это не имеет никакого значения.

— Но что делать с материалом? — воскликнула Дорис.

— Делайте, что хотите. Если сможете заработать, пожалуйста. Это — ваш личный доход. Я возьму с собой только фотоаппарат и несколько увеличителей. Мне вас будет очень не хватать, Дорис.

Гарри забрал фотоаппарат, прижал к себе Дорис, поцеловал ее в лоб и вышел, чувствуя, как у него сжимается сердце.

Было еще только пять часов. Нужно было где-то убить еще час.

Он зашел в телефонную будку и набрал номер.

Ответила Клер.

— Как у тебя дела? — спросил он.

— Прекрасно, — ответила она. — Я все упаковала и занимаюсь перекрашиванием волос.

— Не говори этого по телефону, милая. Ты написала Морису?

— Да. И звонила Вилли. Он в бешенстве. Сказал, что Симпсон будет преследовать меня за нарушение контракта. Я ответила: только пусть попробует.

— Мы не можем поступить иначе, — сказал Гарри, пытаясь замаскировать удар, который она только что нанесла ему. — Жди меня, я вернусь около семи часов.

Проблуждав по улицам в районе Пиккадилли, Гарри, наконец, добрался до «Дьюка Веллингтона».

Как только он вошел, хозяин удивленно посмотрел на Рикка.

— О, здравствуйте, — сказал он, подумав мгновение. — Давно вас не было видно. Насколько я помню… этот небольшой инцидент был в июле прошлого года?

— В октябре, — сказал Гарри, довольный тем, что его узнали.

— Мы всегда рады поставить вам стаканчик. Что вы желаете?

«Раньше в „Дьюке Веллингтоне“ можно было брать только пиво», — подумал Гарри.

— А та девушка, с которой вы были. Лакомый кусочек. Ваша подружка?

— Нет. Я ее после этого не видел.

— Жаль… Она, конечно, не ангел, но в постели с ней должно быть приятно.

Гарри пробурчал что-то неопределенное и развернул газету, вынутую из кармана.

Бар постепенно начал заполняться.

Гарри осмотрелся: вокруг были те же лица — трое мужчин в черных шляпах негромко разговаривали и пили «порто»."

"Стрелки часов в баре медленно двигались. Наконец в шесть часов с четвертью дверь открылась, и вошел Муни.

— Ну, как? — сразу же спросил Гарри шепотом.

— Все в порядке. У меня была небольшая схватка по поводу цены, но он в конце концов уступил. На вот, возьми и спрячь в карман. Не открывай здесь.

Гарри положил в карман толстый пакет.