А я тебя да (СИ)

Он же обещал… Но все равно ничего не могла с собой поделать. Теперь, когда мы с ним сблизились вот так, я бы, наверное, не пережила, узнав о его похождениях. Уж слишком моим он стал за это время. А я его стала…

— Прости, — прошептала я и шагнула сама к мужу в руки, устав от своего недоверия, может, даже больше его самого.

— Это деловая встреча.

— Ладно.

Наши взгляды встретились. Семен покачал головой. Будто я его разочаровала. Ну, блин… Поставил бы он себя на мое место!

— Так мы идем?

— Ага. Только очки найду.

— Да на комоде они в прихожей. Пойдем. Наверняка ведь опоздаем.

— Зачем ты вообще меня туда тащишь? — проворчала я. — Там же одни твои замы будут.

— А вот чтобы ты себе ничего не надумывала, — усмехнулся Шведов, закрывая за нами дверь. — Ну и интересно, что ты скажешь по поводу базы.

— Я? А какая разница?"

"— Это наша гостиница. Я построил, чтобы было чем заняться на пенсии.

Он не мог бы меня удивить больше, даже если бы сказал, что планирует колонизировать Марс.

— Серьезно? И ты только сейчас мне об этом говоришь?!

— Ну, раньше ты как-то не интересовалась моими делами.

Так за разговором мы вышли из дома и нырнули в машину — Шведов собирался пить, неудивительно, что мы опять ехали с водителем.

— А на пенсию когда? Лет через двадцать? — с грустью усмехнулась я. — Не поторопился ли ты со стройкой?

— Вер, я знаю, что ты ненавидишь мою работу. Но из системы не так просто вылезти. Ты же знаешь.

— Да. Знаю…

— Но это не означает, что я не пытаюсь, — ошарашил меня муж.

— Кто бы мне лет в восемнадцать сказал, что я буду угорать по пенсионерам, — усмехнулась я.

— Эй! Попрошу.

— Ну, ладно. По одному конкретному пенсионеру.

Тонкие губы Семена растянулись в скупой улыбке. Сначала один уголок его губ пополз вверх, следом и другой подтянулся, а потом он и вовсе оскалился, демонстрируя крепкие белые зубы.

— Ничего я так сохранился, да?

— Ага. Отпад полный.

Шведов ухмыльнулся, закинул руку мне на плечо, притянул к себе, а сам с мальчишеской беззаботностью откинул голову на спинку. Машина мчала вперед. Мы молчали и улыбались каким-то своим мыслям. И лишь время от времени подхихикивали, встречаясь взглядами, как вырвавшиеся на свободу подростки.

Как Шведов и говорил, на базу мы приехали одними из последних.