52 Гц

Изводил себя, тут и думать было нечего. До самолета Майкл дотерпел, но когда взлетели — сел к Джеймсу, заглянул в лицо.

— Посмотри на меня.

Джеймс поднял на него страдающий взгляд, отвернулся.

— Майкл, не надо.

— Ты знал, что так будет, — тихо сказал тот и взял его за руку. Джеймс болезненно поморщился, отстранился. — Ты знал, — твердо повторил Майкл, не отпуская. — Ты хотел, чтобы так было. Ему можешь врать сколько хочешь, но мне — не надо.

Джеймс покачал опущенной головой.

— Я не должен был, — тихо сказал он.

— Неважно, — оборвал Майкл. Взял его за подбородок, повернул к себе. Джеймс смотрел вниз, моргал. Ресницы подрагивали — густые, темные. Прямые, как стрелочки. Глаза метались под прикрытыми веками. Джеймс не знал, куда посмотреть, чтобы не смотреть на Майкла — Майкл перед его взглядом был везде. А отвернуться хотя бы к иллюминатору он не мог. Брови сошлись над переносицей, заломили длинную складку.

— Майкл…

— Нет, — оборвал тот. — Не «Майкл». Не строй из себя ничего, я все понимаю. Ты хотел меня видеть.

Так вот я. Ты прилетел ко мне — так будь со мной, — сквозь зубы потребовал он. — Я хочу, чтобы ты сейчас был со мной. Жалеть и виниться будет потом, дома, когда вернешься.

Джеймс прерывисто вздохнул, посмотрел в сторону. Майкл отпустил его, отсел, чтобы дать ему время прийти в себя. Глянул на часы, проглядел с телефона короткий спич, который подготовила его пресс-атташе. Пробежал его глазами пару раз, чтобы запомнить. Поглядел на Джеймса, который остановившимся взглядом смотрел в иллюминатор и грыз палец.

День обещал быть насыщенным.

По прибытии на благотворительную вечеринку Джеймс тут же свинтил от Майкла в толпу под предлогом того, что ему нужно много чем заняться. И он занимался изо всех сил, занимался, занимался и занимался, появляясь то там, то здесь, разговаривая, пожимая руки гостям и отвечая на их вопросы. Майкл следил за ним краем глаза и не вмешивался: отвлекать его было сейчас неуместно. Майклу тоже было чем тут заняться: он — фотографировался, знакомился и улыбался.

Джеймс, в конце концов, пригласил его именно за его красивые глаза, и он выполнял привычную программу, думая о том, как Зак будет счастлив бросить публике новую тему для разговоров. Так что Майкл без стеснения обнимал за талию дам, позируя вместе с ними, иногда говорил им на ухо какую-нибудь бессмысленную фривольность — просто чтобы засветиться на чужом фото на заднем плане. Зак говорил — пусть лучше все обсуждают, изменяет ли он Виктории, и если да, то с кем.