52 Гц

 — Ты нихуя не знаешь, Майкл, понимаешь, да?.. Я ей говорю — бросай все, давай ко мне, я тебе все дам. Все что хочешь, все дам — а она, говорит, она говорит — нет, говорит, у меня своя жизнь, у меня все хорошо, налаженный бизнес — не хочу, говорит, не зови. Я потом говорю, я говорю — ладно, раз бизнес, давай, как тебе удобно, давай, сколько, значит, циферками, мол, контракт, типа, можно же, эксклюзив, да?.. А она — она мне даже по морде не дала, понимаешь, она замахнулась, я думаю — врежет щас, стою — а она взяла так, и ручкой по щеке, и дурак ты, говорит, и ушла, и я не знаю, куда, и где она, и ничего просто не знаю…

Бран длинно хлюпнул носом, поскуливая сквозь зубы.

— Так, слушай, — обеспокоенно сказал Майкл, чувствуя себя так, словно Бран сейчас рыдал у него на плече, — слушай, давай ты проспишься все-таки, мужик. Для начала. Умойся, ляг куда-нибудь.

— Я хочу сдохнуть, — горько сказал Бран. — С этим нельзя жить. Это как ракетный удар в сердце, с таким не живут.

— Стоять! — перебил Майкл. — Я тебе сдохну! Только попробуй мне там!.. Я тебе Бобби доверил, ушлепок! Только посмей!

— Я ее замуж позвал, — вздохнул Бран. — Я бы ей все дал. А она не хочет. Она говорит — мне нравится моя работа, не хочу я ее бросать. Я говорю — родная, да что это за работа, есть же другие, а она говорит — нет, вот такая я есть, какая я есть, если не нравится, что я шлюха — катись нахер, ты мне тут еще указывать будешь.

— Ты про Дакоту?.. — изумился Майкл, наконец осознав, о ком идет речь.

— Она меня не хочет, — горько заявил Бран. — Она ничего от меня не хочет. Что мне делать?..

— Бран, — твердо сказал Майкл. — Сиди, где сидишь, а лучше доберись до кровати и ляг. И брось жрать что ты там жрешь.

— Водку, — вздохнул тот. — Не помогает.

— Я ей сейчас позвоню.

— Скажи, что я ее люблю, — жалобно попросил Бран.

Дакота сняла трубку после трех гудков.

— Слушай, отшей его, — сразу сказал Майкл. — Он же мучается. Скажи, что с тобой ничего не выгорит. Только так скажи, чтобы он понял. А то он уверен, что тебя еще можно уговорить.

— Привет, — сухо сказала Дакота.

— Он сейчас звонит мне, пьяный, как ребенок, и рыдает в трубку, — сказал Майкл. — У тебя сердце есть?

— Два дебила, — зло прошипела Дакота, и Майкл услышал отчетливое цоканье каблуков.