52 Гц

Наслаждаясь легким головокружением, Майкл нашарил в карманах сигареты, затянулся как мог глубоко, передал зажигалку Коди.

— Слушай, а что у вас с Джимми? — спросил тот, щурясь, чтобы прикурить, и закрывая огонек ладонью.

— С кем? — переспросил Майкл.

— Ну, Джимми. Который, — Коди изобразил сложное движение пальцами, намекая то ли на щупальца осьминога, то ли на игру на рояле. — Писатель.

— А!.. Этот, — догадался Майкл. — Ничего.

Он для убедительности мотнул головой.

— Это кто ж тебя научил так херово врать, благослови Господь твою душу? — по инерции спросил Коди и сам поморщился: не сдобренная акцентом, эта фраза звучала абсолютно неестественно.

— Кто научил? — бездумно переспросил Майкл. Сунул руки в карманы, забыв, что держит сигарету. Обжегся, выматерился.

— Ты его ненавидишь, — с придыханием сказал Коди, будто открывал Майклу невесть какую тайну.

— Да говнюк он просто, — сказал Майкл. Сразу опомнился, встряхнул головой: расслабляться и выбалтывать свои старые секреты при Коди точно не стоило.

— Что он тебе сделал? — предсказуемо спросил Коди.

— Да просто бесит, — отмахнулся Майкл. — Мало ли говнюков?.. Много. Вот и он из таких.

Он постоял, покачиваясь, потом неожиданно добавил:

— А может, это все я, а не он. Я главный говнюк.

— Хочешь знать, что я думаю?.. спросил Коди. Он оглянулся, явно пытаясь сориентироваться, в какую сторону возвращаться к отелю. Майкл взял его под локоть, развернул в нужном направлении.

— Да что ты можешь думать, у тебя же мозгов — щепотки нет, чтобы курице бросить, — отозвался он, отвлекая Коди от опасной темы. — Катись-ка ты к дьяволу, а я тебя провожу, чтобы не потерялся.

Коди тяжко вздохнул и двинулся в указанном направлении.

Столовую залу Тринити колледжа для съемок превратили в аудиторию — это было единственное помещение, подходящее по размеру. Поставили трибуны для студентов, преподавательскую кафедру, шкафы с книгами, меловую доску.

Сняли с рук крупные планы, лица, ноги. Майкл сидел на трибунах рядом с Коди, привычно отгораживая себя от камер, микрофонов и мельтешения на периферии. Рядом шелестела массовка. Вдоль камина прогуливался актер, игравший преподавателя. Майкл тихо и медленно взвинчивал себя. Рядом нервничал Коди — это помогало поддерживать градус раздражения, которое уже готово было перелиться в ярость. Преподаватель, вышагивая вдоль стены, зачитывал свой текст.