Бальмануг. (не) Баронесса

Просто сидеть здесь больше было негде. – Что было! Что было!

– Что?! – Хелен даже не решилась приступить к ужину, хотя вкусные ароматы дразнили возмутившийся от голода организм.

– Да ты кушай, баронессочка, кушай! Такая худая! Как тебя ветром не сносит? А ты еще и мужчин отваживаешься бить! – продолжала строчить словами, как пулемет, молодая шитера, весело сверкая глазами.

Только дождавшись, пока человечка отправит первую ложку еды в рот, Шелли начала рассказ, посмеиваясь.

– Сегодня опять приходил тот вчерашний! Ну, который посмел к тебе приставать! Опять пришел с приятелями, только сегодня трезвые.

Хелен чуть не поперхнулась от такой новости. Не закашлялась только потому, что боялась – если шитера решит ей постучать по спине, то ее человеческие ребра просто осыпятся от такой заботы.

– Так вот, он сам не помнил, кого спрашивать! Говорит, мол, девица тут вчера была. Мол, где она? – продолжала рассказ Шелли.

– Что? – сглотнув, послушно переспросила Хелен, не успевая пока обдумать слова шитеры за ее частотой.

– И тогда Джан попросил выйти к гостям меня!

Хелен вопросительно приподняла брови. Странно, шитеры же обычно прячут от чужих своих женщин, как понимала человечка.

А Шелли уже похохатывала, прихлопывая широкой ладонью по коленям.

– Ты бы видела, баронессочка, как перекосилось лицо того эйра, когда он меня увидел! – смеялась шитера. – Он точно хотел что-то сказать, но не стал. Ну и правильно, потому что там еще другие мои братья стояли.

Шелли веселилась. Ну да, предъявили эйру-снобу красивую девицу, да только... шитеру, зная, что люди вряд ли считают красивыми шитеров – здоровенных и волосатых.

Хелен тоже прыснула, представив, какое лицо могло быть у того знатного красавчика, которому подсунули нечеловеческую девицу.

– То есть вы сегодня развлекались? – уточнила человечка, успевая поглощать ужин.

– Ага! – Шелли точно было весело, даже не обидело, что эйр не посчитал ее красивой.

– Так вот! Тут еще до обеда этот эйр тебя разыскивает, а потом ты пропала! – Мигом стала серьезнее шитера. – Ты почему пропала, баронессочка? Мы уже.