Звездная стража

– Я не получил от своего командира приказа о придании к штатской секции Центрального Контроля. Удивительно, но этот помпезный ответ обескуражил офицера. Должно быть, Патруль еще сохранил свою мантию. Картр и Рольтх миновали офицера и прошли несколько футов, прежде чем он догнал их.

– Послушайте! – Он старался, чтобы его голос звучал решительно, но смешался, когда рейнджеры обернулись к нему с серьезным и вежливым выражением. – Лорд Кумми… он здесь главный, вы знаете… – добавил он неуверенно.

– Раздел шестой, параграф восьмой, общие положения, – ответил Рольтх.

– Патруль является защитником законов Центрального Контроля. Он может помогать любой штатской службе, если и когда его об этом попросят. Но никогда и никоим образом не передает он свою власть никакому планетарному или секторному правителю, за исключением прямых приказов с печатью Центрального Контроля. Молодой офицер стоял с раскрытым ртом. С внутренним смехом Картр подумал, что меньше всего в такой момент он ожидал услышать цитату из устава. Зинге это понравилось бы.

Картр надеялся, что закатанин мысленно следует за ними и сейчас наслаждается.

– Но… – офицер хотел что–то возразить, но замолчал: выражение вежливого, но нетерпеливого внимания на лице рейнджеров не изменилось. Подождав и не услышав продолжения этого одинокого «но», Картр сказал:«Не покажете ли, в каком направлении находится ваш врач? Я нуждаюсь в его помощи» – и он указал на свое запястье. Офицер с готовнстью повиновался. «Два пролета вниз в конце этого коридора и поворот направо.

Доктор Тре занимает первые четыре комнаты.» Он продолжал смотреть им вслед, когда они пошли. – И что же он доложит великому Кумми? – спросил Рольтх, когда они двигались в указанном направлении. – Не хотел бы я оказаться на его месте. Ты считаешь…"

"– Что я правильно поступил, отказавшись пойти с ним? Может, и нет, но они уже узнали от Джексена, что я настроен враждебно. И я должен был это сделать. – Лицо Картра ничего не выражало. – Он напустил на нас кан–пса! И Рольтх, который видел это выражение раньше и догадывался о том, что оно скрывает, не решился больше ничего говорить.

Больше в коридоре и на лестнице они никого не встретили. Но когда они приближались к первой двери в помещении врача, их слух уловил негромкий шепот. Окна здесь помещались в глубоких прорезях, и из одной такой прорези и донесся призыв.

– Женщина… Но Картр уже знал это, встретив мозговой блок, которым сенситив препятствует лицу другого пола вмешиваться в свои эмоции.