Зов кукушки

Но пока мы доказывали, что миссис Бестиги врет и не краснеет, она обзвонила пол-Лондона, выдавая себя за единственную свидетельницу убийства Лулы Лэндри. Пресса, естественно, ухватилась за ее показания, поскольку соседи слышали, как она вопила, что в доме находится посторонний. Клеймо сразу легло на Эвана Даффилда; мы снова к этой дамочке. Приперли к стенке, потому как доказали, что не могла она ничего слышать. А она так и не признала, что это плод ее больного воображения. До сих пор свое гнет, а журналисты ей проходу не дают, будто она Лула Лэндри, воскресшая из мертвых.

— А она действительно была в нижнем белье?"

"— Она была как щепка с двумя приклеенными искусственными мандаринами, — сказал Уордл, и по той легкости, с которой он выдал это сравнение, Страйк понял, что слышит его далеко не первым.

Уорлд осушил свой стакан.

— Я возьму еще, — сказал Страйк и пошел к стойке.

Возвращаясь, он заметил, что Уордл с любопытством рассматривает его ноги.

— И тем не менее Тэнзи Бестиги видела, как Лэндри пролетела мимо ее окна? Уилсон тоже говорит, что сперва услышал стук от удара тела и тут же — вопли миссис Бестиги.

— Может, и видела, но в сортир она вовсе не по нужде бегала. А бегала она кокса нюхнуть. Там мы его и нашли: готовенький, на дорожки разделенный.

— То есть она сколько-то оставила?

— Ага. Как видно, охоту отшибло, когда за окном такое увидела.

— Разве из ванной комнаты видно, что делается за окном?

— В общем, да. Частично.

— Вы прибыли довольно быстро, правда?

— Патрульные — минут через восемь, а мы с Карвером — через двадцать.